Мировой бестселлер от человека года 2014, автора книги «Пес, который изменил мой взгляд на мир».Когда автор, Пен Фартинг — сержант Королевской морской пехоты, — привез домой двух собак из Афганистана, он и представить не мог, к каким последствиям это приведет. Помимо проблем с адаптацией собак к новой жизни, его захлестнул поток писем от военных, служивших в Афганистане, с просьбой о помощи. О помощи в доставке на родину спасенных ими собак. И Пен, с мужеством и упорством, делает все возможное и невозможное, чтобы дать этим оставшимся в Афганистане бездомным собакам шанс обрести дом. Поскольку и для людей, и для собак на земле нет места лучше дома. Ведь они такие же, как мы.
Pen Farthing
NO PLACE LIKE HOME
В серию входят только правдивые рассказы о собаках, кошках и других животных.
Книги этой серии о собаках — это невымышленные истории о людях и их собаках, которые коренным образом изменили судьбы своих хозяев к лучшему. Это истории о приключениях и работе, о шалостях и героизме, о доброте и благородстве и конечно же о дружбе. О дружбе людей и собак.
О дружбе, во многом благодаря которой мы смогли выжить в жестокой борьбе за существование в первобытном мире. Помогая друг другу выжить, мы вместе прорвались сквозь толщу тысячелетий и лучше узнали друг друга.
В наш удаляющийся от природы технотронный век виртуальной реальности и стрессов они по-прежнему помогают нам. А мы им. Потому что они такие же, как мы.
Читая эти книги, вы будете улыбаться и удивляться, смеяться и, возможно, плакать, опять улыбаться и восхищаться, вы будете сопереживать и ни в коем случае не останетесь равнодушными. Не останутся равнодушными также ваши дети и внуки, за которыми будущее. Будущее, в котором им будут помогать жить и оставаться людьми такие же, как мы.
Грохот взорвавшейся ракеты разорвал тишину вокруг зданий. Ночное небо озарилось пороховой вспышкой.
— Ну, начинается, — пробормотал я себе под нос на бегу, преодолевая узкий газон, отделявший меня от одинокой деревянной постройки, скрытой в полумраке. Я пригнулся заранее, за пару шагов до того, как нырнуть в невысокий проем. Беда в том, что пригнулся я, как оказалось, недостаточно низко.
— Ай! — Лбом я врезался в деревянную притолоку и, не удержавшись на ногах, рухнул прямо на траву.
— Больно, черт возьми, — ни к кому особо не обращаясь, пожаловался я, потирая место удара, где назавтра грозила вырасти заметная шишка.
Пару секунд я так и сидел, наполовину оглушенный, в ожидании, пока боль пройдет, но очередной взрыв над головой вырвал меня из этого состояния и напомнил зачем я вообще, оказался снаружи в такой неурочный час. Встав на четвереньки и стараясь не обращать внимания на стремительно промокающие от мокрой травы штаны, я осторожно просунулся в дверь. С этой высоты было понятно, что пригибаться следовало гораздо сильнее.
«Тупица, — безапелляционно пожурил меня внутренний голос. — Любой идиот на твоем месте вспомнил бы, что это строилось не для людей».
Я протиснулся в слабо освещенную деревянную каморку.
— Прости, приятель, я слегка припоздал, — произнес я вполголоса.
Огромные перепуганные глаза Наузада, одного из моих псов, таращились из полутьмы. Он свернулся в клубок, повернув ко мне морду, и весь дрожал. Коротко обрезанный хвост был поджат, а обрубки ушей распластались еще сильнее, когда очередной громкий взрыв сотряс до основания его скромное жилище. По ощущениям, грохотнуло совсем рядом, хотя я точно знал, что ракета взорвалась в паре сотен ярдов у нас над головой.
— Все в порядке, приятель, я здесь, с тобой, — принялся я успокаивать пса, обнимая его за спину одной рукой, а другой подкручивая радио, свисавшее с гвоздя на стене. Я надеялся, что этот звук хоть отчасти заглушит взрывы, раздававшиеся теперь все чаще, но когда из динамиков донесся радостно-возбужденный голос, ведущий обратный отсчет, стало ясно, что настоящий грохот только начинается…
—
Раздражающий голос накладывался на пульсирующую головную боль. Я прикрыл глаза и потрепал Наузада по голове, за коротко обрезанными ушами. Это было самое яркое свидетельство той жизни, которую он вел еще несколько месяцев назад. Я улыбнулся, когда он правым ухом вжался мне в ладонь, и принялся чесать его с удвоенным энтузиазмом.
— Что, Наузад, прямо как в старые добрые времена, да? — хмыкнул я, хотя в этой шутке, на самом деле, не было ничего смешного.
— …
Я думал, что вспышки снаружи — это просто отблески взрывов, которые сейчас раздавались в небе почти беспрерывно, но когда луч света устремился мне прямо в лицо, такой яркий, что пришлось закрывать рукой глаза, до меня дошло, что это не совсем так. Кто-то направил фонарь в нашу сторону. Но раньше, чем я успел что-либо сказать, из темноты протянулась рука с бокалом красного вина.
— С Новым годом, мои дорогие! — смеясь, поздравила нас Лиза, моя жена.
— И тебя с Новым годом, милая, — ответил я, сделал глоток вина и поднял бокал в приветственном жесте.
Допив вино, я повернулся к Наузаду.
— Тебя тоже с Новым годом, Наус, — прошептал я ему на ухо. Да, еще один год миновал, и наступил 2008-й. — Я знаю, что сейчас мне вряд ли поверишь, но ты в безопасности. Никто больше не причинит тебе зла.
Второй раз подряд я встречал этот праздник в обществе Наузада, а не Лизы. Но обстановки разнятся, как небо и земля.
