Пайпер в растерянности. Сейя и Лир пропали, Эш приходит в себя после жутких ран, а гаяне сражаются с деймонами по всему городу. Она не знает, как справится сразу со всем.Только она собирается узнать, откуда у гаян новое оружие, старый враг нападает на нее: подчиненный Самаэла — Раум. Он требует помощи Эша и не собирается отступать. Она не знает, может ли доверять Рауму, но не может и доверять себе с Эшем. Рано или поздно он найдет ее, и она боится, что уйти от него во второй раз не сможет.Несмотря на чувства, Пайпер нужны все силы, чтобы справиться с пугающим открытием насчет гаян. Война деймонов грядет, и они могут оказаться теми, кто может остановить ее… если еще не поздно.
Пайпер прижала ладони к каменному поручню перед собой и смотрела на темный пейзаж. Горы пронзали сумеречное небо, их темные вершины терзали горизонт. Выше сияли три луны, борясь с медленно движущимися облаками.
На самой высокой горе сидел большой зверь. Его большие крылья были приоткрыты, длинная шея изящно изгибалась. Пасть была открыта в яростном, но тихом оскале. Облака подвинулись, и луна озарила каменного дракона, изображенного в деталях.
Она разглядывала дракона и ощутила рядом с собой присутствие. Она повернулась.
— Красиво, да? — отметила светловолосая женщина нежным голосом.
— Натания, — прошептала Пайпер, глядя на идеальное тело женщины в темно-красном платье с серебристой вышивкой.
Давно мертвая женщина хитро улыбнулась.
— Ты — хорошая компания, когда спишь.
Пайпер нахмурилась. Она спала? Но это был не сон. Она не впервые сталкивалась с душой, что была привязана к камню Сахару, но в прошлый раз она сама инициировала встречу.
— Как я сюда попала? — спросила она. — Я не использовала Сахар.
Натания отвернулась от пейзажа. Их балкон был вырезан в горе высоко над долиной, что скрылась в тенях.
— Никто из живущих не видел это место, — сказала Натания с печалью в голосе и острой гранью, что граничила с ее словами. — Мне больно, ведь это место осталось только в моих воспоминаниях.
Пайпер повернулась к долине, посмотрела на каменного дракона, на балконы, усеивающие горы, некоторые из них озаряли факелы. Она посмотрела в дальний конец балкона, на котором стояла, арка с геометрическим узором вела во тьму. Это была не горная гряда, а община. Балконы были входами в дома.
— Тут живут драконианы? — спросила Пайпер.
Натания коснулась каменного поручня.
— Уже не живут.
— Пятьсот лет, — прошептала Пайпер. Таротов, правящую семью драконианов, стерли.
— Поздравляю, — сказала Натания.
Пайпер нахмурилась.
— Что?
— Поздравляю, — повторила женщина с улыбкой. — Ты близка к тому, чтобы покончить с родом Таротов.
Пайпер вздрогнула. Сонливость пропала, и она ощутила вину и опасения.
— Никто не знает, что Эш — Тарот. Даже если это так, кто сказал, что он последний?
— О, милая, он — самый настоящий Тарот. Ты видела его истинный облик. Ты не видела других драконианов без морока?
— Ты знаешь, что я видела.
— Заметила разницу?
— У Сейи только два рога по бокам головы, а не три, как у Эша, — пожала плечами Пайпер. У них были разные отцы, вот они и отличались.
Натания снова улыбнулась.
— Ты не увидишь других драконианов с тремя рогами, уверяю.
— Только у Таротов так? — спросила Пайпер.
Натания провела пальцем по узору на поручне.
— Я рада, что он выжил. Его разум восхищает, в нем такая ярость. Так похож на моего Нира.
— Ниртарот был в ярости, потому что ты специально свела его с ума, — отметила Пайпер.
Натания улыбнулась. В ее глазах сияло серебро и безумие.
— С Эшем у тебя ничего не выйдет, — добавила Пайпер.
Ее грудь болела от ее последнего воспоминания о нем: он без сознания в городе рюдзинов. Хоть было больно, она не передумает. Она не вернется к нему, пока не наберется сил.
Прошло почти десять дней после ее возвращения из Надземного мира. Десять долгих горьких дней с мыслями об Эше, его самочувствии, его исцелении. Проснулся ли он? Если да, то что думал об ее исчезновении? Он мог злиться, ведь она его бросила. Но она надеялась, что он поймет, что у нее не было выбора.
Лир и Сейя так и не нашлись. Пайпер пыталась отыскать их. Она начала у лей-линии, осмотрела место, откуда они ушли в Надземный мир, там они с Эшем должны были встретиться с Лиром и Сейей, если все пройдет по плану. Она нашла, как думала, следы борьбы: сломанные ветки, листья с кровью, обрывок красной ткани формы солдата Ра. Но она не была этому обучена, хотя старалась.
Она направилась в очевидное место, где Ра держали бы пленных — к их посольству. Но после нервных дней поисков вокруг и наблюдений за зданием она так и не узнала, были ли там Лир и Сейя. Она не могла пройти врата, как в прошлый раз.
Эш мог бы подсказать, но его тут не было — и не будет. Целитель-рюдзин Хинотэ мог сделать так, что Эш не уйдет, пока не наберется сил, так что у Пайпер было время, чтобы найти Лира и Сейю. Как только они будут свободны, они встретятся с Эшем и пропадут навеки, и ей не придется видеть реакцию Эша на ее решение.
— Я знаю, зачем ты это сделала.
— Что сделала? — спросила Пайпер, снова сосредоточившись.
Натания улыбнулась, наблюдая за болью Пайпер.
— Оставила его.
Пайпер закатила глаза.
— Конечно. Ты знаешь все, что в моей голове.
— Я знаю правду. Не отговорки, что ты выдумываешь для себя.
— Тогда почему? — спросила она. Натания любила играть с ней, но ей было все равно, что скажет женщина. Она приняла решение.
Пожав плечами, Натания ответила:
— Ты боишься.
— Чего боюсь?
— Его.
— Я боюсь Эша? — повторила Пайпер.
— О, да. Ты знаешь, — Натания склонилась, и Пайпер видела только серебристые глаза женщины. Она прижала два пальца к подбородку Пайпер, удерживая ее взгляд. — Ты боишься его. Боишься его силы. Его тьмы. Сердцем ты знаешь, что он тебя уничтожит.
