Тем временем Дюрер изнывал от желания представиться. Дисмас в кои-то веки посочувствовал другу. Только что самовлюбленный Нарс пребывал в раю тщеславия, обласканный непрерывными восхвалениями своего таланта, и вдруг превратился в безмолвного статиста, а все потому, что какой-то зачуханный экс-райзляуфер пытался затащить Магду в ближайшую койку.
Ох, ну почему Магда не надела монашескую рясу?! Впрочем, монахини редко посещают таверны. Ради вящего спокойствия Дисмас принялся расспрашивать Маркуса о его житье-бытье. Каким ветром Маркуса занесло в Шамбери?
— Слушай-ка, — начал Дисмас, наполнив стакан приятеля, — помнится, ты хотел вернуться в свой родной кантон Вале, подыскать там молоденькую доярку с большими… Короче говоря, что стряслось?
— Поначалу все шло хорошо, но потом прискучило… Скажите, Хильдегарда, а вы откуда родом? В каких краях обитают такие прелестные создания?
— Вы мне льстите.
— Ваша правда, Швейцария — жуткая дыра, — вмешался Дюрер. — Там не происходит ничего интересного с тех самых пор, как Ганнибал перебрался на слонах через Альпы. И кстати, он не был швейцарцем!
По выражению лица Маркуса Дисмас понял, что сейчас произойдет. Обычно эта гримаса предшествовала стремительному удару кулака. Магда, предвосхищая дальнейшее развитие событий, ласково коснулась плеча Дюрера:
— А это Генрих, мой муж.
— Ах вот как… — удрученно протянул Маркус. — Повезло тебе, Генрих.
Дюрер обнял Магду за талию и с торжествующей улыбкой подтвердил:
— Ага. Еще как повезло!
— Генрих — художник, — сказала Магда. — Декоратор.
— Маляр, что ли? — изумленно уточнил Маркус: мол, с чего бы такая красотка пошла замуж за простого работягу.
— Выпьем! Выпьем! — воскликнул Дисмас, снова наполняя стаканы. — Значит, в кантонах тебе не хватало острых ощущений? Оно и понятно. А что привело тебя в Шамбери? Неужто ты заделался паломником? Помнится, в нашу прошлую встречу ты успешно упражнялся в стрельбе из арбалета по церквям!
— Я держу путь в Испанию.
— В Испанию? Ты же терпеть не можешь гишпанцев, особенно после Чериньолы!
— Я их ненавижу. От них воняет чесноком и рыбой. А еще они ужасно шепелявят. Я этого на дух не выношу. К тому же им нельзя доверять. Они сначала перекрестятся, а потом глотки режут. Если гишпанец начинает осенять себя крестом, значит готовится тебя прикончить. Вообще-то, я их терпеть не могу, но они проложили дорогу через океан… Да вы наверняка слышали об их удивительных открытиях. Они обнаружили золото. Целые горы золота! Серебро, изумруды, рубины, жемчуг… — Маркус благоговейно понизил голос. — И отыскали целый город из чистого золота!
— Надо же!
— Ты понял, Дисмас? Целый город из золота! Или ты настолько швейцарец, что даже это тебя не возбуждает?!
— А, ну да… — с притворным восхищением протянул Дисмас. — Ух ты! Целый город из золота… Ну и ну. Потрясающе.
— Там улицы вымощены золотой брусчаткой, а каждый брусок — вот такого размера! Сначала я доберусь до Испании, а там сяду на корабль. Я ненавижу корабли, меня укачивает, но город, сделанный из золота, стоит нескольких ведер блевотины!
— Очаровательный образ, — сказал Дюрер.
— Пара-тройка брусочков, и я — богач! Может быть, останусь там навсегда, буду защищать дикарей от проповедников. А что такого? — рассмеялся Маркус. — Благородное призвание! Найду себе прелестную дикарочку… Говорят, там такие женщины… — Он улыбнулся Магде и добавил: — Хотя им не сравниться со здешними красотками.
— Отличный план, Маркус! — сказал Дисмас. — За это надо выпить… До дна, до дна! А когда ты отбываешь из Шамбери? Наверное, скоро? Ведь на золотишко зарятся многие… — заметил Дисмас, будто вонючие орды шепелявых испанских головорезов уже выворачивали золотые бруски из мостовых.
— До пятницы побуду. В пятницу на стене замка вывесят плащаницу. Вот я и погляжу на нее, раз уж такой случай представился. Слушай, ты разбираешься во всей этой бодяге. Как по-твоему, она настоящая или это очередная хрень?
— Знаешь, с реликвиями все очень непросто…
— А ты сам-то что здесь делаешь?
— Я-то? Так же как ты. Проездом. В Италию. Ты, часом, не через Божские горы перебирался, как мы… то есть как я?
— Нет, через кекс.
— Какой еще кекс?
— Ну, город такой, на озере, к северу отсюда.
— А-а, Экс! Да. Он славится целебными источниками и купальнями. Ты понежился в целебной водице?
— Ага. А еще познакомился там с любопытными ребятами. Они охотники…
— Вот как? — произнес Дисмас, радуясь тому, что разговор сменился пустой болтовней. — И на кого же они охотятся? На косуль или на кабанов?
— На людей. Кстати, парни из твоих краев. Имперский спецотряд, ищейки.
Дисмас присвистнул.
— В Шварцвальде прикончили какого-то вельможу… Графа, что ли, — продолжил Маркус. — А он оказался племянником или еще каким-то родичем Карла, нового императора.
Несмотря на выпитое, во рту у Дисмаса пересохло.
