Единственное, чего бандит не учел – внимательность бармена. Тот постоянно отслеживал, кто входил-выходил в обеденный зал, прислушивался к разговорам заинтересовавших его лиц, и хорошо запомнил человека, прибывшего в ресторан с Армазом. Особого внимания спутник главаря удостоился после того, как они сели за разные столики. В итоге от взгляда бармена не укрылось, когда Армаз подошел к подельнику, назвав того Кучером.
Обо всех странностях в своем заведении бармен по давней договоренности был обязан докладывать Крабу, поэтому он не поленился проследить за выжившим бандитом и после того, как стычка окончилась.
Неизвестно, почувствовал ли Кучер что-то, но сегодня вечером решил покинуть гостиницу. Еще до завтрака он отправился на местный базар, прикупил на первое время продуктов, перекусил в какой-то забегаловке неподалеку от городских ворот, где перебросился парой фраз с посетителями и выбрал новое место для ночлега… Оставалось лишь забрать из комнаты вещи и перебраться на постоялый двор за стенами Туреина.
Когда бандит открыл дверь, ему сразу захотелось бежать, но кто-то сзади мощным толчком заставил его войти внутрь. Щелчок дверного замка сообщил, что путь перекрыт.
– Вот смотрю я на эти явно девичьи украшения и думаю, – заговорил сидевший за столом незнакомец, перед которым довольно аккуратно были разложены трофеи, отобранные у похищенных, – живы эти несчастные или нет? И, знаешь, к чему склоняюсь? Скорее всего, нет. А из этого получается, что передо мной беспощадный убийца, смертный приговор которому сомнений не вызывает.
– Я никого не убивал, – сразу затараторил Кучер.
Армаз после похищения девиц забрал лишь векселя и документы, оставив мелочь подельнику.
– Значит, прежние владелицы украшений были настолько очарованы твоей мужественной красотой, что сразу решили снять с себя все? Ох, и сомневаюсь я, глядя на эту тупую бандитскую рожу.
– Армаз организовал похищение, используя меня втемную. Вещи он отдал на хранение, а девок собирался продать дрегам, – произнес застигнутый врасплох. – Потом его убили, а я собирался отнести украденное в жандармерию. Не успел.
– А кто тебе сказал, что мы из жандармерии? Выходит, ты своего кореша предал, – Гаршид быстро сориентировался, нагнав на Кучера еще больший страх.
– Мертвому теперь все равно, а я пытался с его помощью выкрутиться из передряги.
– Что ж, у тебя не получилось. Знаешь, кто убил Армаза?
– Он погиб на моих глазах от руки женщины. Очень опасной.
– Эта баба назначила ему свидание? А ты, значит, собирался им свечку держать?
– Нет, мы пришли в гостиницу за другой девкой, подругой похищенных. Но тут вмешался какой-то Платон, и…
– Платон, говоришь? Вот с этого места подробнее.
Кучер не успел подготовить легенду, которая могла бы представить случившееся в наиболее выгодном для него свете. Опять же, он сразу заметил, насколько опасны эти двое. И сильнее он опасался молчаливого, стоявшего за его спиной. В итоге врать задержанный не стал и рассказал все, что знал.
– Выходит, сам ты того Платона не видел?
– Нет, но крик сбежавшей девицы в ресторане многие слышали: «Платон, помоги!» И он помог… Да так, что выскочивший из ресторана Армаз вскоре вернулся назад и попал на нож дамочки. Потом, я слышал, не без ее же участия вместе с Платоном сам Краб нашел дорогу в могилу. Вместе со своей бандой.
– Что еще знаешь полезного? – заметно было, что Гаршид обдумывал услышанный рассказ, и у пленника затеплилась надежда выпутаться. Эти люди явно интересовались не им, и даже не Армазом – их занимал тот самый Платон, о котором так много говорили в Ибериуме.
– Еще вчера в Туреине состоялся любопытный суд, – продолжал рассказывать Кучер. – Судили прибывшего в город целителя, который вроде бы хотел обокрасть дворянина. Назначили штраф под тысячу золотых. Так вот, в зале нашелся простолюдин, который взял подсудимого на поруки, выплатив всё до последней монеты.
– И к чему ты нам городские хроники пересказываешь?
– По описанию тот, кто оплатил штраф, был похож на Платона.
Бандит этого не знал, но решил, что для спасения собственной шкуры такой домысел будет нелишним.
– Кто тебе рассказал?
– Так я сегодня на рынке был, там только и разговоров, что про вчерашний суд.
– Ладно, на сегодня ты свою жизнь почти выкупил. Не хватает всего трех золотых! – ухмыльнувшись, произнес Гаршид.
Кучер безропотно выложил сразу пять.
– Похвально. Считай, что до полудня завтрашнего дня тебе ничто не угрожает, – дознаватель сгреб все содержимое стола в карман своей куртки.
– Спасибо, господа, спасибо. У меня еще есть одна ценная вещь, – он полез за пазуху, а в следующее мгновенье получил удар кинжалом в сердце.
– И зачем это? – спросил Гаршид напарника.
– Вот! – ответил Мархат вытаскивая руку бандита, в которой был зажат синий сферический амулет.
– Значит, не поверил, что живым его отпустим.
– А мы разве собирались? – спросил молчун.
– Теперь это не имеет значения. А ты молодец, что не придержал его, когда он кошелек доставал. Вот гад и осмелел. Решил, что во второй раз получится извлечь что-нибудь опасное.
– Я свое дело знаю.
