— Ясно, — протянул Алекс, — ну, поскольку он один из главных финансовых спонсоров нашего издания, ты же понимаешь, что я не могу проигнорировать его требование?
Дима поднялся со стула.
— Статья для следующего выпуска готова, поэтому у тебя будет время, чтобы подыскать нового журналиста, — произнес он, надевая сумку.
— Я уже подыскал, — проговорил Алексей, — и с завтрашнего дня он зачислен в штат нашей команды на полный рабочий день.
— Рад слышать, — рассеянно кивнул Дима.
— Естественно, — усмехнулся тот, — потому что это ты.
Дима машинально сел обратно.
— В каком смысле?
— В прямом, — пожал плечами Ветров, откинувшись на спинку кресла. — По словам твоего отца, главная его проблема в том, что ты не в штате. Теперь ты там. Кроме того, ты хорошо пишешь, я читал твою статью. И самое замечательное, — порочная улыбка расплылась на лице Алексея, — он не может мне указывать, кого принимать на работу, а кого увольнять. И какой бы не была его истинная субъективная мотивация, раз уж ты официально в команде, ему придется смириться с тем фактом, что ты занимаешься его колонкой. И у меня не будет болеть голова еще и об этом.
Дмитрию показалось, что у него какие-то проблемы со слухом и сейчас он слышит не то, что ему говорят на самом деле, а то, что его воспаленный мозг хочет слышать. Его приняли в штат? После того, как Алексей швырялся всем, что попадало под руку, стоило ему переступить порог офиса? Вероятно, его отец достал Алексея больше, чем он мог предположить. И теперь уж точно можно быть уверенным, что тот не помнит, что произошло два дня назад у Димы дома.
— Поэтому завтра я хочу видеть тебя на рабочем месте вовремя. Кроме своей колонки ты будешь помогать Никите. У него найдется, чем тебя нагрузить. Будешь набираться опыта, — многозначительно добавил Алекс.
— Спасибо, — все, что смог из себя выдавить Дима. Он поднялся, пожал протянутую Алексеем руку и как в тумане направился к двери. Когда его пальцы коснулись дверной ручки, Алекс его окликнул.
— И… Дима, — Дмитрий повернулся, взглянув на него, — ничего личного. Это лишь политика целесообразная интересам издательства.
— Конечно, — кивнул Дима в ответ и вышел из кабинета.
Алексей смотрел, как за тем закрылась дверь, а потом оперся локтями на стол и потер глаза. То, что он сейчас сделал, было продиктовано множеством факторов, как объективных, так и субъективных, но Ветров не исключал возможности, что ему еще придется пожалеть о своем решении.
Как бы там ни было, Гришаев старший в свое время поставил его в жесткие рамки, не оставив никакого выбора. Сейчас же ему выпала возможность сделать то же самое в отместку. Если тот так сильно не хотел, чтобы его колонку вел сын, то… либо это будет делать именно он, либо колонки не будет вообще. Это условие Ветров мог себе позволить поставить в ответ. Тем более теперь, когда принял того на полный рабочий день. Хоть он и зарекался оставаться в стороне от «семейной драмы» Гришаевых и дать им самим перебить друг друга, сейчас же, как бы он не отнекивался, но это приобрело уже несколько личный характер. Да и Никита уже давно просил себе подмастерье. В общем, он вроде бы убил одним выстрелом нескольких зайцев. Только если позже не выяснится, что одним из этих «зайцев» был и он сам.
Проснувшись вчера утром, он прекрасно помнил, что произошло накануне. Но самое удивительное заключалось в том, что вместо того, чтобы вновь прийти в ярость, он чувствовал себя слегка неловко, зато был спокойным и… удовлетворенным. Это был какой-то особый вид удовлетворенности, когда ты находишься в ладу с самим собой и всем миром. Как бы дико это не звучало, но сие умиротворение было вызвано тем, что другой мужчина целовал его накануне, мужчина прикасался к нему, мужчина ласкал его и подарил ему весьма яркие ощущения, хотя самого секса (в прямом смысле этого слова) у них не было. И этот факт все еще приводил в легкий ступор. Алексей так и не мог найти ответ на вопрос, все дело было в том, что это был другой мужчина, или что это был именно Дмитрий?
Можно продолжать сколько угодно открещиваться от этого, либо… просто принять. И пусть он еще не совсем готов сделать последнее, что-то внутри него постепенно прекращало эту изматывающую борьбу с самим собой. Он сам пришел к нему два дня назад, сам спровоцировал его… И, черт возьми! Ему нравилось, каким взглядом тот смотрит на него, когда он к нему прикасается. Как быстро начинает биться жилка на его шее. Как у того перехватывает дыхание, когда он его целует… Ему нравилось нравиться Диме.
От этих мыслей его отвлек стук в дверь.
— Да?
— Это правда? — в кабинет вошел Олежка, прикрыв за собой дверь.
— Что именно?
— Ты взял Диму в штат?
— На то были свои объективные причины, — уткнувшись в бумаги, пробубнил тот.
— Это же чудесно! — воскликнул Олег. — Я, конечно, рискую тем, что в меня опять сейчас полетит что-нибудь тяжелое, но ты принял правильное решение. Он очень способный мальчик.
— Рад, что угодил тебе, — язвительно заметил Алексей. — Если это все, то я сейчас занят.