По спине побежали мурашки, коротко кивнула. Пальцы тёмного соскользнули с ткани платья на шею, добрались до затылка. Стало нечем дышать. Тёмный сдвинулся, его дыхание коснулось уха, голос окутал бархатом:
— Прости, мне следовало на всякий случай об этом упомянуть.
Ну зачем он извинился? Меня затрясло, слёзы побежали быстрее. Уж не заболела ли я?
— Почему ярская трава меня не убила? — стиснула рубашку тёмного. — Почему?
Я ведь точно знаю, что маги уязвимы к ядам, как и прочие люди и орки. Даже тёмные в случае отравления спасаются обычным колдовством, а не окажись рядом кристалла — умрут как миленькие.
— Какая-то природная особенность, — пожал плечами тёмный. — Точнее объяснить не могу, но можешь ничего не бояться, кроме яда песчаной змеи, скорпионов, красной лягушки, цианидов в очень больших дозах. И яда обитателей граней, разумеется. Лучше расскажи, с чего вдруг наш любезный хозяин ополчился на тебя? Как я понял со слов… Насколько я понял, он жаждал, чтобы я растил его бастарда. Твоя смерть как-то не вписывается в этот план.
Воспоминание о жадном мерзавце обожгло гневом:
— Он пожалел каких-то семьдесят золотых!
— Лила, ты и его ограбила?
— Он сам виноват, — меня захлёстывало негодованием, пальцы сжимались. — Явился ко мне в постель, поимел, а потом не захотел отдать деньги.
— Лила, если собираешься этим зарабатывать, то оплату надо оговаривать заранее. Тогда недовольных клиентов…
Треснула кулаком в его грудь.
— Не издевайся, — прорычала в ключицу. — Он надеялся меня изнасиловать.
— Опрометчиво.
— Ну я решила ему подыграть, он же тебя задеть этим хотел, вот и сказала, что ты ревнивый, отрежешь ему член, если узнаешь. Я же по доброте душевной скидку на молчание сделала целых тридцать золотых, а он… он меня убить хотел!
— Ничего себе «подыграла»… — прошептал тёмный. — Ты нечто.
— Знаю. — Отстранилась от его груди.
— И от скромности не умрёшь. Лила, — его голос зазвучал как-то странно. — Я понимаю, ты выросла под крылом пресветлого, но здесь не Самран, и для окружающих ты не его подопечная, а слабая безродная девушка. Если захочешь кого-нибудь ограбить, позаботься, чтобы рядом был я — так, на случай непредвиденных реакций. Обещаешь?
Посмотреть ему в глаза не хватило смелости, смотрела на чётко очерченные губы. Внутри всё сжималось, сердце гудело в ушах. Я сипло пробормотала:
— Поцелуй… меня…
Я задыхалась от… не знаю от чего, но внутри был ураган, громы и молнии, холод и огонь.
— Только поцеловать? — улыбнулся тёмный. — Что же сразу не…
Рванулась навстречу его губам и долбанулась носом о его лицо так, что искры из глаз посыпались. Мы отшатнулись друг от друга. Перед глазами плясали точки, нос ломило, я зажала его и склонилась, уткнулась лбом в одеяло. Тёмный глухо признался:
— А я-то думал, ты со столь обширным опытом умеешь прекрасно целоваться.
— Скотина! — рыкнула в ладонь и слепо ударила тёмного. — Ненавижу. Выпрямившись, гневно уставилась на него. Он хитро улыбался:
— Такуже лучше, а то слёзы, сопли. Вещи собирай, мы переезжаем.
— А?
Тут я сообразила, что хозяин так и не очнулся.
Постояльцы тоже почему-то на шум не выбежали.
Под ложечкой засосало.
— А что тут на самом деле произошло? — выдохнула я.
Тёмный почесал затылок:
— Хозяин подсыпал постояльцам сонного порошка, отравил жену, а дальше ты знаешь.
— Ты его убил?
— Да.
— Не понимаю: бандитам ты жизнь сохранил, а ему — нет.
Он помрачнел:
— Бандиты могли вывести меня на интересных людей, а этот — просто бессмысленно жестокий мудак. Вместо того, чтобы предъявить претензии мне, трусливо отыгрался на слабых женщинах. Ещё и постояльцев потравил, совершенно не заботясь о том, можно ли им пить сонный порошок и в каких дозах они его потребили. Не подоспей я вовремя, это было бы преднамеренное убийство с отягчающими обстоятельствами, наказание — смертная казнь. — Тёмный хлопнул в ладоши. — Собираемся.
— Нас будут искать по подозрению в убийстве?
— Не думаю: от удара у него просто остановилось сердце. Ни синяков, ни следов магии. Свидетелей конфликта тоже нет. — Он первый спрыгнул с постели и, прихватив подсвечник, отправился во вторую комнатку. — Наш отъезд будет выглядеть не лучшим образом, но здесь оставаться не следует.
Я смотрела ему в спину, потом на опустевший дверной проём.
Удар, останавливающий сердце и не оставляющий следов… Стоило держаться от этого хладнокровного, невыносимого и опасного тёмного подальше, а я сползла с кровати и пошла в комнатку, переполненную шорохом собираемых вещей и жёлтым светом.
— Вот гад, мог бы и аккуратнее. — Тёмный разглядывал флаконы на просвет. В них копошилась тёмная субстанция с красными глазками, и мне стало нехорошо. — Он их напугал, урод. Несколько погибли…
— Что это за… жучки?
Тёмный стал оборачивать флаконы тканью:
— Секрет тёмного ордена.
— Да брось, — прислонилась к косяку. — Я же знаю, что они лечат, просто любопытно… Например, очень интересно, почему они тебя не сожрали? И почему лечили? Как в принципе они могли что-то полезное делать в ране?
Помедлив, тёмный сказал:
