Я своим ногам не доверяла, поэтому продолжила сидеть на столе. Киска горела от грубого проникновения, а губы пылали, истерзанные настойчивым ртом. Я уперлась руками в столешницу и опустила голову, пытаясь прийти в себя. Задранное платье открывало бедра, залитые спермой Рапаче. Ну и видок — мрачно подумала я и соскочила на пол.
Стоя в душе под горячими струями воды, я могла думать лишь об одном — что это было?
Той ночью мне приснился странный сон: я стояла в лесу, привязанная к стволу дерева, а рядом был мужчина, лицо которого скрывала маска. Он ничего не делал, просто стоял, периодически касаясь пальцами открытых участков тела. Во сне чувство страха и неопределенности смешивалось с непонятным томлением, и именно с ним я проснулась на рассвете.
Солнце только-только начало проклевываться из-за горизонта, и я досадливо поморщилась — уснуть уже не удастся, а вставать еще рано. На ноги приземлилось что-то тяжелое, и я приподнялась, протягивая руки.
— Иди сюда, рыжий комок шерсти.
Кот тут же растянулся на покрывале, подставляя живот и растопыривая лапы в разные стороны. Поглаживая мягкую шерсть, я все думала о вопросе Рапаче по поводу нетрадиционного секса. Интересно, насколько то, что было у него на уме, отличалось от всего того, что я пробовала раньше?
Скоротав за такими мыслями полчаса, я все же встала и умылась. Кот ластился к ногам, совершенно недвусмысленно выпрашивая еду.
— Ладно, чертяга, пойдем на кухню.
Дернув хвостом, Рыжик пулей полетел вниз, заставляя меня весело смеяться. Я все еще широко улыбалась, когда спустилась в гостиную и обнаружила там Этьена. Блондин сидел в полном одиночестве на диване и быстро водил пальцами по планшету. Он явно услышал мои шаги, потому что как огромный кот повел ухом, но, видимо, работа была важнее.
Неожиданно для себя я обнаружила, что очень рада видеть Этьена. Сначала это удивило, но потом я поняла, что по сути он был единственным, кто относился ко мне как к обычной женщине, а не будущей эскортнице из агентства Рапаче. К этому моменту я так устала от постоянных оценивающих, а иногда и брезгливых взглядом, что была несказанно рада простому человеческому отношению.
— Привет, умник, — я наклонилась и дунула ему в ухо.
Он криво улыбнулся, явно довольный.
— Привет, красотка, дай мне буквально три… две… одну секунду. Всё.
Он небрежно бросил планшет на диван и встал, чтобы обнять меня.
— Что ты здесь делаешь с утра пораньше?
— Нам с Нилом надо было решить кое-какие дела, но потом у него обнаружились другие дела и он свалил, — Этьена развел руками. — Но! Синьор Рапаче был настолько великодушен, что велел нам не скучать и прогуляться.
Я подозрительно прищурилась, и Этьен сразу же рассмеялся.
— Ладно-ладно. Ты нас раскусила! Это часть игры «Разведи Анну на секс втроем».
Теперь пришла моя очередь смеяться. Из его уст это звучало так легко и не пошло, что никак иначе отреагировать было нельзя. Я толкнула блондина в плечо.
— Вы меня и так почти развели. Ты сам сдал назад.
— О да, и почти сразу же пожалел об этом, — он закинул голову назад, изображая страдание.
— Твоя манера говорить то, что думаешь, тебе никогда не выходит боком? — Я с любопытством рассматривала его, пытаясь понять, как он умудряется сочетать в себе внешность ботаника и нахальство первого парня на курсе.
— Я бы сказал, наоборот. Людей это вводит в такой ступор, что остается только взять их горяченькими, — он поднял руки над головой и потянулся, демонстрируя рельефный живот.
Я фыркнула и стукнула по нему ладошкой.
— Пойдем уже, хватит красоваться. Только подожди, захвачу кофту.
В парке было еще тихо: бегающие по утрам люди уже разошлись, а семьи с детьми пока не появились. Мы бродили по узким тропинкам, слушая чириканье птиц и болтая обо всем на свете. Я старательно обходила все темы, касающиеся Рапаче, но в итоге сама же и не выдержала.
— И часто вы с Нилом делите женщин?
Этьена почесал затылок.
— В университете частенько бывало, но в последние годы мы такого не практиковали.
— В университете? Вы учились вместе?!
От неожиданности я даже остановилась, недоверчиво глядя на мужчину. Несмотря на крепкую дружбу, мне всегда казалось, что они с разных планет. Ну, или как минимум с разных учебных заведений.
— А что тебя так удивило? — он тоже остановился, с искренним любопытством глядя на меня.
— Не знаю, — пожала плечами. — Я почему-то не представляла Нила в университете. Школа улиц, все такое.
Этьен смеялся так долго и заливисто, что меня это даже стало бесить. Сложив руки на груди, я стояла и ждала, когда он наконец успокоится.
— Милая Анна, у нашего Нила магистерская степень по экономике Болонского университета. Он родился с серебряной ложкой во рту: отец — дипломат, мать — какая-то потомственная дворянка. С самого детства у него было все самое лучшее.
— А?
