— И часто ты смотришь порно? — Этьен склонил голову на бок, театрально выпучив глаза.
— Чаще, чем ты думаешь, — не моргнув и глазом, ответила я.
— Черт, 1-0 в твою пользу, Анна.
В этот момент подошел Рапаче и, махнув головой, направился к неприметной двери. Мы нырнули в едва освещенный коридор, который в итоге привел нас к другой двери, за которой скрывалось просторное помещение. Вот тут все выглядело как в классическом порно: цепи, плетки, огромная кровать с наручниками и еще куча всего, на что мне даже смотреть было стыдно.
Рапаче достал из кармана небольшую коробочку и кивнул в сторону двери из цветного стекла.
— Там ванная. Надень это.
Скрывшись от двух пар глаз, я набрала побольше воздуха в легкие, чтобы сделать глубокий вдох, но чуть этим воздухом и не подавилась. В коробке лежало… назовем это нижним бельем. Комплект состоял из бюстгальтера, трусиков и портупеи. При этом верх представлял из себя тонкую сеточку, а на трусики создатели явно пожалели ткани. Стратегически важное место было полностью открыто. А вот в изящную портупею я влюбилась с первой секунды. Черные ремешки были из такой мягкой кожи, что хотелось надеть ее и никогда не снимать.
Приняв душ и облачившись в бесстыдный наряд, я долго смотрела в зеркало. Кажется, до меня начал доходить смысл фразы «Приди ко мне ни одета, ни раздета». Сделав вдох, я открыла дверь и вышла из ванной. За спиной раздался тихий щелчок. Нил, который в этот момент стоял у черной кожаной скамьи, развернулся, а Этьен поднял глаза от телефона.
— Э-эм, очень неловко себя чувствую, — произнесла я в ответ на два обжигающих взгляда. — У нас тут что, «50 оттенков серого» для более взрослых и думающих?
Мужчины одновременно рассмеялись, и мне стало еще больше не по себе.
— Я серьезно. Такие вещи должны происходить… не знаю… естественно! А это цирк какой-то, — не на шутку разошлась я. — И как все будет происходить? Я лягу, ты начнешь меня пороть и кричать «плохая девчонка»?
Нил хмыкнул, выгнув бровь, а я повернулась к Этьену. Судя по всему он, как и его дружок, не ощущал никакой неловкости. Не стоило забывать, что у этих двоих гигантский опыт в деле всяких непотребств!
— А ты в это время будешь смотреть и облизываться?
— Ну, не совсем облизываться, если ты об этом, — блондин ненавязчивым движением раздвинул колени и показал пальцем на свой пах, откидываясь на спинку дивана. Я практически зарычала от раздражения.
Рапаче с улыбкой подошел ко мне и взял за локоть. Прикосновение к обнаженной коже опалило, но ощущение какой-то нереальности происходящего было сильнее.
— Хочешь посмотреть, смеются ли другие?
— Что ты имеешь в виду?
Нил подвел меня к стене и нажал какую-то кнопку. Ткань, которую я сначала приняла за плотные обои, начала подниматься вверх. От развернувшейся перед глазами картины сердце подпрыгнуло, а сама я шарахнулась назад, врезавшись спиной в твердую грудь. Нил обхватил мои плечи, удерживая на месте.
— Тише, тише. Они тебя не видят. С их стороны это просто зеркало.
Я бросила на него возмущенный взгляд через плечо — не хватало только вторгаться в чью-то частную жизнь без спроса, и он поторопился объяснить.
— Но они в курсе, что в любой момент за ними могут подсмотреть.
Его руки по-прежнему сжимали мои плечи, и мне не оставалось ничего другого, кроме как смотреть. А посмотреть было на что. К скамье — такой же, у которой недавно стоял Нил — была привязана женщина. Миниатюрная, с темными длинными волосами и оливковой кожей, она выглядела совершенно беззащитной на фоне огромного мужика, который пристроился сзади. Одна его пятерня закрывала большую часть попки, на которой я успела разглядеть красные следы.
Мужчина размеренно двигался, держа женщину за волосы и насаживая на свой член. От каждого его резкого движения у меня внутри все сжималось, но судя по блаженному выражению на лице, девушка была совсем не против грубоватого обращения. Я следила за ними как завороженная, пока не услышала сзади насмешливый голос.
— Судя по твоему ошалевшему лицу, тебе совсем не смешно.
Рапаче был чертовски прав: мне было не до смеха. Я тяжело дышала, стараясь снова вернуться в то безопасное состояние неловкости, собственное возбуждение напоминало локомотив, который потерял управление и несется по рельсам с огромной скоростью. Сбоку мелькнула рука, и стекло снова оказалось прикрыто шторой. Я стояла, боясь даже шелохнуться. Несколько секунд прошли в напряженном молчании.
— Начни с того, что у тебя хорошо получается, — Рапаче достаточно бесцеремонно развернул меня и положил обе руки на плечи, недвусмысленно надавливая.
Я повернула голову, посмотрев на Этьена, о котором на пару минут забыла. Он все так же сидел, развалившись на диване, но из его взгляда пропала знакомая игривость, уступив место чему-то темному.
— Не обращай на него внимания, Анна. — Рапаче обхватил пальцами мой подбородок, поворачивая к себе. — Встань на колени и займись делом.
