Сидя на корточках и размышляя, он увидел, что ученики, наконец, встали из-за парт, а учительница начала складывать книги и бумаги в портфель.
Он выдохнул с облегчением.
Урок закончился.
Ученики один за другим вышли из аудитории, учительница выключила свет и исчезла вслед за ними. На несколько мгновений всё здание погрузилось в темноту. Затем открылась входная дверь, и ученики высыпали наружу, всё ещё толпясь вокруг учительницы и оживлённо обсуждая с ней сегодняшнее занятие.
Его настроение упало, когда он понял:
Студенты не оставят её до самой машины.
Сколько дней ему придется выслеживать её, пока не выдастся возможность?
Она села в машину, и студенты помахали ей на прощание. Затем они развернулись и пошли прочь, вероятно, направляясь в местный бар. Тем временем учительница медленно поехала в его направлении.
Он почувствовал волну возбуждения, когда до него дошло:
Но нельзя было терять ни минуты.
Он достал из кожаной сумки флакон самодельного хлороформа и намочил им тряпку.
Когда машина завернула за угол, он встал прямо перед ней.
Шины завизжали, когда женщина ударила по тормозам, но избежать столкновения она не успела.
«Идеально», – подумал он.
Он ничуть не пострадал, но она-то этого не знала.
Она выскочила из машины с криком тревоги:
– Боже мой! Простите меня! Я вас не увидела! С вами всё в порядке?
Он слегка покачал ногой и сказал:
– Не знаю. Наверное.
Когда она подошла к нему, он увидел, как она виновато съёжилась, узнав его покрытое шрамами лицо. Она снова быстро подавила отвращение.
– Я отвезу вас в больницу, – сказала она.
– Нет, не думаю, что в этом есть необходимость, – сказал он, слегка прихрамывая. – Но, может быть, вы проводите меня до моего грузовика, просто на всякий случай.
– Конечно, с удовольствием! – ответила она.
Сжимая тряпку в одной руке, он положил другую ей на плечо, притворяясь, что нуждается в поддержке.
«Прекрасно», – снова подумал он.
Райли услышала женский голос, но не смогла разобрать слов, которые отражались эхом вокруг неё.
«Кто это? – гадала она. – Чего она хочет?»
Кто бы то ни был, она как будто хотела сказать Райли что-то очень важное.
Райли чуть не спросила вслух: «Говорите яснее. Я вас не понимаю».
Но она была слишком слаба, чтобы говорить, и слишком напряжена, чтобы двигаться. Всё её тело болело, голова была откинута назад и лежала на чём-то твердом.
Она открыла глаза и увидела потолок с изысканным орнаментом, который изгибался высоко над её головой.
«Вокзал», – поняла она.
Она сидела на скамейке на Юнион-Стейшн в Вашингтоне, держа на коленях небольшой чемодан и сумочку. А женский голос, как оказалось, зачитывал время отправления и прибытия поездов.
Но Райли не могла вспомнить, что она здесь делает.
«Может, это просто сон», – подумала она.
Тут в её памяти всплыли события прошлого вечера. По возвращении домой она обнаружила Райана с какой-то странной женщиной – подругой, коллегой или любовницей, она до сих пор не знала.
«Может быть, всё вместе», – подумала она. По крайней мере, с виду им было хорошо друг с другом.
Она быстро сбежала из квартиры и добралась на метро до Юнион-Стейшн, но опоздала на поезд до Квантико и заснула на этой скамейке в неудобной позе.
Она взглянула на часы и увидела, что уже утро.
«Ну, можно считать, что я выспалась», – подумала она.
Огромный зал, похожий на пещеру, постепенно оживал от шумных объявлений и людей, спешащих во всех направлениях. Райли огляделась и увидела экран с расписанием поездов. У неё оставалось ещё около 25 минут до следующего поезда в Квантико.
Но какой смысл возвращаться в Академию? Несмотря на вчерашнее отсутствие, она пропустила лишь день занятий. Тем не менее, дела шли так плохо, что она чувствовала себя безнадёжно отставшей.
«Куда мне ещё пойти?» – задумалась она.
Она посмотрела на телефон и увидела, что Райан даже не пытался ей позвонить. Возвращение в квартиру явно невозможно. С таким же успехом она может сесть на поезд до Квантико, и будь что будет. Если она потерпит полную неудачу, то будет решать, что делать со своей жизнью дальше.
А пока надо перекусить. Она с трудом поднялась на затёкшие ноги и направилась в общепит, где купила кофе и датскую выпечку. На большом экране телевизора показывали новости.
Она увидела, как несколько репортёров окружили седовласого джентльмена. Один из репортёров говорил в камеру:
– Мы встречаемся с сенатором Западной Вирджинии Уорреном Гарднером здесь, в Вашингтоне, у Церкви семьи Грейс…
Это имя привлекло внимание Райли:
Потом она вспомнила: это было в полицейском участке в Дайтоне.
Она стала внимательно слушать репортёра, который протягивал микрофон сенатору Гарднеру.
– Сенатор, это правда, что вы собираетесь объявить прямо здесь, в этой церкви, что спонсируете новый законопроект?
Сенатор усмехнулся и сказал:
