Соблазняя полностью

МакНерланд покачал головой и добавил:

– Я сразу понял, что её дела плохи. Я лишь надеялся, что это не… это.

– Были ли свидетели самого похищения? – спросил Криваро.

– Нет, – ответил МакНерланд. – Но несколько учеников Анны вышли из здания вместе с ней. Они проводили её до машины и отправились в другую сторону. Мы уже собрали студентов и опрашиваем их в участке.

– Я бы тоже хотел поговорить с ними, – сказал Криваро.

– Пожалуйста, – сказал МакНерланд. – Некоторые из них уже ушли домой, но, по-моему, трое или четверо ещё в отделении. Я отвезу вас туда.

Пока МакНерланд вёз их в город, Райли увидела, что Винвуд больше Дайтона. Он скорей походил на Лантон, городок в Вирджинии, где она училась в колледже. Тем не менее, Винвуд был типичным Аппалачским городком, а его улицы до жути мирными и тихими в это время вечера.

Но Райли была уверена, что город не так спокоен, каким кажется. Слух об исчезновении Анны Парк, а потом и об её убийстве, уже должен был разлететься. Граждане Винвуда за закрытыми дверями сейчас дрожали от страха.

Когда они добрались до полицейского участка, шеф МакНерланд провёл их в небольшой конференц-зал. Четверо студентов, которые ещё не ушли домой, сидели за столом и беседовали с полицейским, который что-то записывал.

Райли и Криваро сели за стол, и МакНерланд представил их студентам. Райли немного удивил их возраст и происхождение, она напомнила себе, что это общественный колледж. Люди разных типов и возрастов шли туда по разным причинам и с разными ожиданиями.

Самая младшая из всех, Джейн Хантер, год назад окончила местную среднюю школу. Она хотела получить зачёты, чтобы продолжить обучение в колледже где-нибудь ещё, может быть, в Гленвилле.

Потом были Руди и Ларк Честерфилд, пара лет пятидесяти. Они вышли на пенсию, а их дети уже разъехались. Им нравилось вместе заниматься разными вещами, от игры в бридж до бальных танцев. Анна вела занятия по романтической поэзии, и они решили, что будет забавно вместе пройти курс.

– И мы оказались правы, – добавила Ларк. – Анна была такой замечательной учительницей.

Руди печально покачал головой и сказал:

– Она столькому могла научить. То, что случилось с ней… просто ужасно.

Последним студентом был тридцатилетний менеджер магазина по имени Фред Комбс. Он казался особенно расстроенным.

– Это всё моя вина, – сказал он. – Мне следовало настоять, чтобы она присоединилась к нам после занятий. Или хотя бы дождаться, пока она уедет.

Джейн мягко коснулась руки Фреда и сказала:

– Как ты можешь так говорить? Это не твоя вина. Никто из нас ни в чём не виноват.

Затем, повернувшись к Райли и Криваро, Джейн объяснила:

– После занятий мы позвали Анну с нами в местный бар, чтобы продолжить разговор о поэзии Джона Китса. Она очень интересно рассказывала нам о нём. Она поблагодарила нас за приглашение, но сказала, что хочет поехать домой.

Фред, казалось, вот-вот расплачется. Он сказал:

– Она сказала, что хочет поехать домой и писать. Анна хотела стать писательницей. Она устроилась на работу в колледж Винвуда, чтобы как-то обеспечивать себя, занимаясь писательством. Она говорила, что ей нравится Винвуд своей мирной жизнью и что здесь она действительно может посвятить свободное время своему роману.

Сдавленным голосом он добавил:

– Мне следовало настоять. Я не должен был позволять ей ехать домой одной.

Поначалу Райли поразило непропорциональное чувство вины Фреда. Но пока он говорил, до неё дошло:

Он был влюблён в Анну.

Он посещал занятия только для того, чтобы быть ближе к ней.

А теперь с ней случилось нечто ужасное.

Райли почувствовала к нему острую симпатию.

Затем Ларк Честерфилд тихо забормотала:

Когда страшусь покинуть мир до срока,

Пока в тома не будет мне дано…

Её муж присоединился к ней, и они продолжали читать в унисон:

Собрать мои разрозненные строки,

Как в закрома отборное зерно…

Голоса пары затихли, и Фред Комбс одиноко продолжил:

Когда я жизнью, данной на мгновенье,

С тобой навек проститься обречён…

Этого бедняга Фред уже не мог вынести. Он не выдержал и разрыдался. Джейн обняла его и мягко добавила:

…стою один на берегу Вселенной

И вижу, что любовь и слава тленны…

Фред продолжал плакать, Ларк с Руди тоже вытерли слёзы.

Райли и Криваро удивлённо переглянулись, не понимая, что произошло.

Всё ещё утешая Фреда, Джейн сказала Райли и Криваро:

– В тот вечер мы с Анной проходили это стихотворение. Это сонет Джона Китса о том, как он боялся умереть молодым, умереть раньше, чем напишет всё, что стремился. У него были причины бояться. Он ушёл очень рано.

Немного успокоившись, Ларк добавила: