О, торжество в кругу семьи Мэдисон. Бриджит избегает этой темы как чумы уже года два.
— Ты же идешь со мной, верно? — спросил он после нескольких мгновений, очевидно решив игнорировать тот факт, что она уже отклонила его приглашение ранее.
Бриджит сжала губы и ответила:
— Рождественские застолья не входят в список моих любимых дел.
— Но они у нас не такие традиционные. Я бы сказал вообще прямо противоположны традиционным. Мы выпиваем, закусываем и прикалываемся над пьяным Чейзом.
— Как бы весело это ни звучало, все же я пас, — она начала отходить к выходу. — Но я надеюсь ты хорошо проведешь время.
— Погоди-ка, — Чад подошел ближе и захлопнул дверь. — В чем твоя проблема? Я спокоен по поводу гала-вечера, окей, я верну китайскую еду, но тебя что, убьет пойти со мной к Дэниельсам?
— Да! — огрызнулась она, вцепившись в ручку. — Перестань, Чад. Пусти.
— Знаешь, порой мне кажется, что я хорошо узнал тебя, но оказывается, я и понятия малейшего не имею! Ты хорошо ладишь с Мэдди и Чейзом, так что тут не должно быть каких-либо сложностей. — Игрок убрал руку с двери и запустил пальцы в волосы. — Выглядит так, как будто ты просто не хочешь…я не знаю, Бриджит! Откройся.
— Открыться?
— Да, — нахмурился Гэмбл.
Девушка не знала, откуда полились её слова. В праздники она всегда была на краю. А тут еще Чад и Смитсоновский вечер.
— Зачем тебе нужно, чтобы я пошла с тобой, Чад? Зачем ты хочешь, чтобы я открылась? Мы даже не встречаемся, и последнее, что должны делать — проводить вместе праздники и вести себя так, будто между нами есть что-то большее и значимое, когда на самом деле все идет к концу!
— Ого, притормози! — Чад обогнул её и распахнул дверь так, чтобы девушка могла проскользнуть под его рукой. — Не хочешь ничего большего, и ладно. Отлично. Все закончится через пару дней. К чему беспокоиться?
Она побледнела.
— Именно.
— Как тебе угодно. Счастливого Рождества, Бриджит, — произнес он и закрыл дверь за спиной девушки.
Даже не захлопнул, а тихо прикрыл, что казалось еще зловещей.
Казалось, пьяное Рождество срыгнуло на двор Дэниельсов все, что было в его желудке. Тут вам и странный Санта, напоминавший Чаду пузырь, и проволочный олень, огоньки на котором вспыхивали в темноте то белым, то красным, и еще один Санта на крыше возле дымохода. На подмороженной траве валялись сани. Праздничные фонарики всех возможных цветов свисали ото всюду и обвивали ограду, подсвечивая снеговика с нездоровой улыбкой, машущего ему рукой. Жуть! Гном на крыльце внезапно «ожил», запев «Счастливого Рождества», когда Чад оказался в паре шагов от него.
— Оу! — воскликнул игрок, аккуратно огибая это чудо.
Прежде чем постучать в дверь, мужчина подергал плечами, пытаясь избавиться от паршивого настроения, которое завладело им прошлым вечером с позволения Бриджит. Как нелепо он вчера выглядел…весь такой заботливый. Заказал её любимую еду, надеялся, что она проведет с ним Рождество. Какой дурак! Он что, забыл, что они притворялись? Он даже не подумал об этом, когда она написала ему. А в итоге приехала, только чтобы попросить его не появляться в Смитсоне на торжестве.
Да какая разница. Он не позволит всей этой фигне испортить единственную ночь, которую он собирался провести в кругу семьи.
Дверь распахнул его младший брат, наряженный в свитер, при виде которого Чад расхохотался так сильно, что чуть не уронил все подарки. Свитер был ярко-зеленого цвета с вышитым Сантой, который держал табличку: «ДАЖЕ САНТА ГОТОВ К АПОКАЛИПСИСУ. А ТЫ ГОТОВ?»
— Скажешь хоть слово, и я надеру тебе зад, — предупредил Чейз.
За его плечом показался отец Мэдди в таком же свитере и энергично замахал рукой.
— Эй, а вот и наша звезда!
Чад усиленно боролся со смехом.
— Я молчу!
— А как иначе… — Чейз забрал у него несколько коробок и нахмурился. — А где Бриджит?
Они прошли в дом, в котором пахло креветками и пивом — как всегда на празднике у Дэниельсов.
— У нее не получилось прийти.
— Хммм, — промычал младший Гэмбл.
Чад развернулся в надежде сбежать, пока не последовало дальнейших расспросов, но тут же впечатался в теплые объятия.
— Как же я рада, что ты пришел, — миссис Дэниельс сжала его с невероятной для маленькой женщины силой, но, боже, он любил эти объятия. — Как же так получается, что каждый раз, как я вижу тебя, ты все симпатичней?
— Иу, мама! — донесся с кухни голос Мэдди.
— У меня свои секреты, миссис Дэниельс, — подмигнул Чад.
Огромный как медведь, Мистер Дэниельс приобнял жену. Его апокалиптический Санта был раза в три больше Санты Чейза.
— Прости сынок, но я должен держать её лапки подальше от тебя.
— О, он знает, что мои руки созданы только для тебя, дорогой, — в доказательство женщина смачно шлепнула мужа.
Из-за угла показался Митч, на чьем лице был написан неподдельный ужас.
— Я мечтал бы этого не видеть. Никогда! — драматично изрек он.
Его отец обиделся.
— Как будто ты не лапаешь свою жену!
— Серьезно? Пап!
Рядом с Митчем показалась Лисса, поглаживающая живот.
— Лапает, еще как.
— В моей семье одни безумцы, — простонал Митч и снова исчез.
