Оказалось, что нужна – и немедленно. Едва мы подошли к машине, как возле меня возник высокий мужчина в светлом костюме и процедил:
– Пройдемте со мной, Варвара Валерьевна. – И взял меня за локоть.
Руслан моментально вышел из себя:
– Вы кто такой?! Что вы себе позволяете?!
– Спокойно, Руслан Каримович. – Позади Руслана вырос точно такой же жлоб и сунул ему в лицо какую-то красную книжечку, рассмотреть которую Руслан не успел. – Садитесь в машину. Вашу спутницу мы проводим до дома сами.
Алиев попытался возразить, но получил с виду не сильный, но, видимо, очень болезненный удар под ложечку. Я рванулась в его сторону, но державший меня за локоть мужик сильнее сжал пальцы, и я взвизгнула от острой боли во всей руке от локтя и выше.
– Идите со мной, и ничего не случится. Господину Алиеву окажут помощь.
Меня затолкали в машину, марку которой я рассмотреть не успела, по бокам уселись два амбала, зажав меня так, что даже дышать стало больно, и машина тронулась с места. Я пыталась повернуть голову, чтобы посмотреть, что происходит на стоянке с Русланом, однако сделать это мне не удалось – на затемненном стекле была еще и плотная шторка. Черт побери, кто эти люди? Куда они меня везут? От страха я перестала соображать – тому, кто пишет сценарии для боевиков, где героиня в такой момент непринужденно строит планы по своему освобождению, рекомендую хоть раз оказаться в подобной ситуации. Очень бодрит и освежает, да…
С первого сиденья вдруг раздался подозрительно знакомый голос:
– Варвара Валерьевна, да успокойтесь вы, все нормально, все свои. – И я узнала своего бывшего телохранителя Славу, снявшего меня с крыши в тот ужасный день, когда арестовали Мельникова.
Дышать стало легче – значит, меня везут к Тузу. Но зачем такая сложная комбинация? Мог просто позвонить, и я бы приехала сама. Но нет – нужен спектакль, театр одного актера! Что там с Русланом, интересно?
Слава словно услышал:
– Вы за спутника не переживайте, ничего с ним не случилось. Он вообще будет думать, что вас в соответствующие органы вызвали.
– Что за бред? Сейчас не тридцать седьмой год! – разозлилась я. – А Руслану ничего не стоит проверить.
– Он не будет этого делать, – категорически заявил Слава.
– Это он тебе сам пообещал?
– Короче, не берите в голову, Варвара Валерьевна. Вы в его глазах будете чисты и невинны, как ангел, – вам не это разве нужно?
– Мне нужно, чтобы меня не сгребали в охапку возле австрийского посольства и не везли куда-то на ночь глядя! – отрезала я. – И закончи, будь добр, эти дебаты.
– Понял.
Слава отвернулся к окну, и в машине воцарилась тишина, а я получила возможность подумать. Тема предстоящего разговора мне была ясна – Руслан и тендер. Ясно было и то, что Туз мной недоволен – я пропала с радаров, не звоню, не информирую, более того – вообще еще даже не задумывалась, как начать разговор на эту тему с Алиевым. Я действительно не знала, как подступиться к Руслану с этим вопросом. Кроме того, мне ужасно не хотелось расставаться с ним, а после подобного разговора наше расставание – вопрос двух часов, это же ясно. Кому понравится попытка надавить на себя? Никому. Легче избавиться от подобного гнета, чем оставаться под ним и терпеть. Я бы так и сделала. А Руслан чем хуже? Но самое главное заключалось в другом. Я, похоже, просто влюбилась, чего за мной не водилось долгие годы, и теперь мне страшно потерять это чувство, возникшее так не вовремя и не к тому человеку… Вернее, с человеком-то все в порядке, и подходит он мне идеально, а вот я…
В городской квартире Туза я не была ни разу – в основном мы встречались в ресторанах, театрах или в его загородной резиденции, адреса которой, кстати, я не знала – всякий раз меня привозили туда с повязкой на глазах. Интересно, с чего вдруг такое доверие и приглашение в гости в городскую квартиру?
Машина остановилась возле довольно старого дома в районе проспекта Мира, амбалы споро высадились, и один из них подал мне руку, помогая выйти. Я не успела даже оглядеться, как меня буквально затолкнули в подъезд и повели по широкой крутой лестнице вверх. Я приготовилась считать этажи, но это оказалось ни к чему – мы поднялись всего на два пролета и оказались перед массивной дверью, и Слава, шедший впереди, нажал кнопку звонка.
Открыла невысокая женщина лет пятидесяти в простом сером платье и клетчатом переднике и сразу скрылась где-то в дальних помещениях квартиры. Мы вошли, и Слава громко сказал:
– Анатолий Иванович, мы приехали.
– Пусть Варвара в кабинет проходит, а ты внизу ее дождись, – последовал ответ, и Слава, рукой показав мне направление, мгновенно скрылся за входной дверью.
Я прошла по длинному коридору, стараясь не очень крутить головой по сторонам – «меньше знаешь, никому не должен», – и оказалась перед приоткрытой дубовой дверью, за которой виднелся массивный письменный стол и кожаный коричневый диван. Для приличия дважды стукнув костяшками пальцев в дверь, я толкнула ее и вошла. Туз в коричневой пижамной куртке сидел за столом в кресле с высокой резной спинкой и, водрузив очки на кончик носа, что-то читал.
