– Да, конечно, – с готовностью отозвался он, – я как раз недалеко от дома… от твоего дома, – чуть запнувшись, добавил Светик, – в Доме музыки.
– Хорошо. Я выехала из офиса, если нигде намертво не встанем, то минут через пятнадцать точно буду.
– Я подожду, если что.
– У тебя остались ключи, можешь подняться.
Сунув трубку в сумку, я откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Повседневные дела, офис, работа – все это отвлекало меня от мыслей о Руслане, но дорога домой всегда была началом нелегкого вечера, переходящего затем в тяжелую ночь. Я плохо засыпала, и сон был каким-то неглубоким, рваным – то и дело я открывала глаза либо вскакивала на постели оттого, что мне мерещились его шаги по квартире. Первые дни после похорон я даже проверяла, не ходит ли Руслан на самом деле по кухне или гостиной, потом, поняв, что так долго не протяну и наживу нервный срыв, начала заставлять себя лежать. Димочка Кукушкин как-то аккуратно посоветовал мне посетить психолога – ненавязчиво, но весьма настойчиво, и я поняла, что дело совсем плохо – я выгляжу так, что уже со стороны заметно, как мне плохо внутри. Подобного я позволить себе не могла. Но и к психологу не торопилась, предпочитая сперва попытаться решить проблему без постороннего вмешательства. Однако одинокие вечера в пустой квартире пугали, и потому, наверное, я так обрадовалась предложению Светика. С ним я хотя бы час-другой не буду одна…
Слишком поздно ты пришел раздувать угли.
Все перегорело, ничего не осталось.
Только холодный пепел.
Лемешинский ждал меня в квартире, и по доносившемуся из кухни запаху я поняла: он готовит ужин. Это было неожиданно – я отлично помнила, что холодильник был пуст, следовательно, Светик привез продукты с собой.
– Варенька, здравствуй. – Он шагнул ко мне из кухни, помедлил секунду и обнял: – Еще раз прими мои соболезнования.
– Спасибо…
– А я вот тут… – возвращаясь в кухню, продолжил Светик, – решил, что тебе наверняка не до этого, зашел на рыбный рынок…
До рыбного рынка ему пришлось заложить приличный крюк, и это меня растрогало – все-таки Светик, как ни крути, был заботливым по-своему.
Переодевшись в домашнее платье, я вернулась в кухню, где Светик уже накрыл на стол. Запеченная рыба, сбрызнутая лимоном и чуть присыпанная зеленью, молодая некрупная картошка, салат из помидоров и красного лука, открытая бутылка белого вина – Светик в своем репертуаре, все как раньше, когда мы еще были мужем и женой. Столько всего случилось за прошедший год…
– Как же ты домой поедешь, если выпьешь? – поинтересовалась я, усаживаясь за стол.
– Такси никто не отменял, а машину я в гараж загнал, ты не видела?
– Я с Володей приехала, он парковался.
Светик сел напротив меня и спросил:
– У тебя с электричеством какая-то проблема?
– Вроде нет, а что?
– Я столкнулся с электриком, он проверял проводку на площадке.
Я насторожилась:
– Это в половине восьмого вечера, в пятницу-то?
– А что? – не понял Светик, и я умолкла – мой бывший муж был человеком не от мира сего и не разбирался в графике работ разнообразных коммунальных служб.
А вот мне этот электрик-альтруист почему-то не понравился. С проводкой на площадке все было в порядке, это я точно знала, потому что месяц назад ее заменили полностью и никаких проверок вечером пятницы тут быть не могло. Похоже, Наталушка был прав, говоря о том, что кто-то меня «пасет». Если Туз – то тоже ничего хорошего, а вот если кто-то еще… Но кто? Надо будет последовать совету Стаса и подумать о возможном кандидате из бывших клиентов.
– Ты о чем-то задумалась, – заметил Светик, разливая вино по бокалам.
– Да так… У меня в последние дни, как ты понимаешь, маловато поводов для радости, а вот для задумчивости – вполне достаточно.
– Извини… Мне жаль, что так вышло с твоим мужем.
Я подняла глаза и проговорила:
– Светик, я побыла женой всего несколько часов – ирония, да? Видимо, мне пора прекратить эти попытки и не подвергать людей опасности.
– Ты говоришь глупости, Варя. Дело же не в тебе. Как я понял, его сбила машина – так при чем тут ты?
– Вот это я и пытаюсь понять. Можно я выговорюсь, а ты потом забудешь все, что я сказала? – попросила я, почувствовав, что больше не могу носить в себе эти мысли.
– Да, конечно. Но сперва давай выпьем и поедим, ты плоховато выглядишь.
Мы выпили не чокаясь, и у меня защипало в носу, но я удержала слезы. Покончив с ужином, мы прихватили вино и бокалы и пошли на балкон, сели в кресла у маленького столика, и я закурила:
– Понимаешь, Светик, эта машина никак не выходит у меня из головы. На углу дома, возле которого все произошло, была камера видеонаблюдения, полиция сразу изъяла запись, но номер машины оказался липовым. Вроде питерский – но в базе такого нет. И машину эту не нашли, хотя ориентировки разослали мгновенно и план «Перехват» объявили. Понимаешь?
Светик протянул руку и тоже взял сигарету:
