Блудует май напропалую,Блажит, сердешный, неспростаИ закрывает поцелуемСирени жаркие уста.И в силу подлостей крапивных,И тихой сапой – будь здоров! —Он посылает кровопивных,Сосущих душу комаров.У них пришла пора женитьбы,Кусает каждый за двоих.Лепёх коровьих задымить быОт этих тварей гулевых.Взамен я мажусь всякой дрянью,Встаю по первому лучу,Но всё ж есенинскою раньюВ намёт с конём не проскачу.Я с мимолётным веком в сшибкеИстратил веру до поры.Остались ссадины да шишкиДа мудозвоны-комары.«Не спал лицом ничуть от умственных трудов…»
Не спал лицом ничуть от умственных трудов,Не езжу на моря, зато большой любительРечушек разливных и тинистых прудов —Средь них ещё жива моя обитель.Они ещё в краю бытуют первозданно:Порывистый Хопёр, туманный Бузулук.Они ещё текут вилюче и обманноЧрез жидкие леса и заповедный луг.Как хорошо, что нет вблизи больших заводов,Затоны золоты и отражают высь.Пичуги верещат в глуби ветловых сводовИ гидроговнюки до нас не добрались.Я посетитель рек и счастлив неизменно,Тишком кручу любовь с дояркой до зари!И в плёсах родовых мне море по колено,И пятки на мели щекочут пескари!Шуми, листва
Шуми, листва, на яблонях понурых,Косматый ветер, в ставенки стучи!Вчера осенним холодом пахнулоОт чернобровой пристальной ночи.Шуми, листва, и солнцу поклоняйся,Тропинок вязь таи и затеняй,Покуда дождь – бродяжка голенастый —Не прибежал по новым зеленям.Настанет час осеннего паденья,И сбросит сад резную чешую,Но хорошо под лиственной кудельюДержать высоко голову свою.А дымный вечер встанет из канавы,Затихнет шум испуганной листвы,Слышней хрустят повысохшие травы,Смиренней думы вольной головы.Когда заря на крыльях петушиныхНад кровлей леса сядет на насест,То тонкий запах бешеной крушиныНеуловимо чудится окрест.Тогда мирюсь с осеннею печалью,Рву паутины липнущую нитьИ жизнь свою ничем не отличаюОт той, что в листьях тихо гомонит.«Октябрь в казацких шароварах…»
Октябрь в казацких шароварахСопит на свянувшей траве,Галда на уличных базарах,Как гвалт сорочий в синеве.И я со старческой одышкойВдруг замечаю невпопад,Что пахнет утренней подмышкойМой полусонно-дикий сад.Не стоит плакать о просторе,О бесприютности вдвоём,Не мы с тобой друг другу горе,А жизнь летит за окоём.«Жил не то чтоб широко…»
Жил не то чтоб широко,Но и не в нагрузку,И не лил ни перед кемСладостный елей,А теперь гляжу на мир,Словно на игрушку,С ней забавиться и петь,Право, веселей.И кладу под головаСтарую избушку,От игрушечных бревёнВсё-таки теплей.«Этот ветер сорвался с цепи…»