– Быть может это был просто трезвый расчёт, провокация, чтобы заставить понравившуюся девушку сделать первый шаг? – с полуулыбкой ответил парень, запивая мясо и отвечая казачке на пристальный взгляд. Как там было? Очи чёрные, очи страстные? Или с кавказским акцентом? Чёрние глаза? Я толька а тибе мичтаю, чёрние глаза? Блин, а ведь действительно красавица. Не утонуть бы в этих глазах. И смотрят так беззастенчиво, испытующе.
– Любишь, когда девушка делает первый шаг самостоятельно? – Полина присела на стул рядом, наблюдая, как мужчина расправляется с шашлыком.
– Не скрою, это очень льстит. У большинства народов это считается моветоном и уж если женщина на такое решается, значит ты ей по-настоящему интересен, – Олег отложил карандаш с папкой в сторону.
– Пожалуй что так. А что должно быть дальше? Мне нужно пригласить тебя на танец, а потом подарить кольцо и попросить руки и сердца? – по тону девушки нельзя было понять просто ли иронизирует она или всерьёз издевается. Боец прислушался. Из динамиков аудиосистемы заиграл рояль, зазвучали духовые. "Белый орёл." "Как упоительны в России вечера."
– Нет, с этим я справлюсь и сам, – серьёзно сказал он, вытираясь салфеткой и вставая. Протянул девушке руку, повёл её ближе к музыке и танцующим. Студентка обняла молодого человека за корпус, положила ухо на грудь (выше не доставала) и они закружились на траве в некотором подобии вальса.
– Так значит, я тебе понравилась? – спросила девушка, двигаясь в такт романтичной песне.
– Да, конечно.
– Странно. Я думала, ты будешь отрицать.
– Зачем?
– Ну не знаю… Чтобы спровоцировать меня ещё на что-нибудь.
– Тогда мне нужно было бы начать подбивать клинья к твоей некрасивой подруге, демонстративно тебя игнорируя, дожидаясь пока ты вцепишься ей в лицо.
– Что, ты и правда на это способен? – отняв голову от резко и гулко ухающей грудной клетки, девушка встретилась взглядом с глазами за тонкой преградой очков.
– Не думаю, что в этом есть какая-то необходимость. Ведь танцы – это лишь предлог, – последнюю фразу он пропел, а взгляд его стал гротескно масляным.
– Ах так! – девушка вспыхнула, и, оттолкнув кавалера, разорвала дистанцию, заставив всех отвлечься от вальсов Шуберта с хрустом французской булки и недоумённо посмотреть на вроде бы мирно кружившую пару. Увидев, что все смотрят на них, Полина взяла себя в руки, а потом медленно, но громко произнесла, со смешанным чувством вглядываясь в глаза молодого человека:
– Считаешь себя лучшим? Докажи это! Ты ведь полицейский, да? Пусть и кабинетный. Значит стрелять тебя учили. Я неделю назад получила первый разряд. Отстреляешься лучше меня – всё будет так как ты захочешь. Нет – уйдёшь отсюда домой. Пешком. Голый. Идёт?
Окружающие охнули, с интересом наблюдая за происходящим.
От такого вызова глаза Олега за стёклами очков немного округлились. С одной стороны было смешно, с другой – слегка от неприятно от публичности происходящего. Он ухмыльнулся и церемонно поклонился:
– Выбирайте оружие, миледи.
Откуда-то быстро появился пневматический пистолет, внешне неотличимый от пистолета Макарова, с которым Олег начинал службу, быстро расчистили место перед большой кучей песка, сваленного у забора для каких-то строительных нужд. Тут же, в доме, на принтере распечатали несколько мишеней, которые укрепили мелкими камешками на куче.
Полина отошла к самой стене дома, метров на пятнадцать, гордо выпрямив спину, бросила взгляд на своего визави:
– Десять выстрелов. При равном количестве очков добавляем по два выстрела до победы, – она заложила левую руку за спину, зажмурила левый глаз и вытянула руку с пистолетом в сторону мишени.
Олег смотрел на это с умилением родителя, наблюдающего за ребёнком, делающим первые шаги. Спортивная стрельба из пневматического пистолета это конечно олимпийская дисциплина, но… Вот если бы она занималась IPSC – тогда могли бы быть трудности.
– Хлоп! Хлоп! – углекислый газ толкал омеднённые стальные шары через куцый ствол игрушки, они дырявили бумагу, раз за разом зарываясь в песок. Гости с интересом и некоторой настороженностью наблюдали за стрельбой. Только Сергей ухмылялся, зная что будет дальше и лишь крепче прижимал к себе Ксению.
Наконец Полина отстрелялась, подняла ствол и гордо сдула со среза несуществующие пороховые газы. В среднем у неё уходило восемь-десять секунд на выстрел. За полторы минуты её рука затекла, и отдав пневматику парню, она начала её разминать.
– Посчитаешь сам? – спросила она, испытующе заглядывая за очки Олега.
