Весть от самой далекойДуши,Сидящей при твоих первыхКостях,В пыли мраморнойПри зелено-коричневом гробе.У тебя был тогдаКвадратный череп,Глаза на нем былиНа каждой грани,Как на игральных костях.Одинокий смотрел вверх,Некоторые из них неподвижно прикованыК солнцу и звездам,А нижнийСмотрит на тебя и сейчас.Где бы ты…Как бы далеко…Ты придешь,Прилетишь со свечой,И все глазницыЖивым запылают огнем.Но преждеПрошепчу тебе имяВырезанное на языке,На кольце,Которое страшно забыть.
1993
<p>Сон как вид смерти</p>Я сплю, а череп мой во мнеВдруг распадается на части —Уходят зубы в облакаЧредою умерших монашек.А челюсть, петли расшатав,Летит туда, где ОрионИ поражает филистимлянТам ею яростный Самсон.Я сплю, а смерть моя во мнеНастраивает свой оркестр —Прыжки ее легки,Вся распрямляется, как древоИли как поле для посева,И костию моей берцовойВзмахнув играет в городкиИ разбивает позвонки.Но к утру с окраин мирозданьяКости, нервы, жилы, сочлененьяВсе слетаются опять ко мне. СознаньеПросыпаясь удивится, что не тень я,Собирая свои жалкие владенья,Что еще на целый зимний день — я.Просыпаюсь и молюсь — вернитесь, кости,Вас еще не всех переломали,Кровь, теки в меня с Луны, с Венеры,Я хочу пролить тебя на землю,Ведь еще меня не распинали.
