Приклонский. Призывает служба царская. А по мне, я бы с превеликим удовольствием остался долго в этих местах, где протекало мое мирное детство, где безмятежно играл я с братьями и сверстниками моими.
Лиза
Приклонский. Все, что в моих силах, исполню с превеликим удовольствием.
Лиза
Пожалуйста, не забудьте передать это ему от меня, — мне чрезвычайно надобно, чтобы он знал об этом. Очень красивый и трудный узор, — я сама его выбирала и сама вышиваю. Этот рисунок доставил мне много забот и требовал большого внимания, ни на минуту не ослабевающего. Чтобы соблюсти точность в частях и гармонию в целом, надобно было тщательно подбирать тончайшие оттенки шелков.
Приклонский
Лиза. Няня, слышишь, как птички в синеве заливаются?
Нянька. Всякая пташка хвалит Господа по-своему.
Лиза. Тонкий крик жаворонка в безмятежной лазури зовет меня далеко, куда-то в высь, к ненаглядному умчаться. Но ах, где же вы, крылья, на которых мчаться бы высоко над землей?
Нянька. Человеку, Лизанька, летать не положено.
Лиза. Да и где мне! Надо кончать покрывало. Год за годом, три года я вышивала его. Вот еще один только лепесточек, и окончу работу.
Нянька. Ну и слава Богу! Хоть отдохнет моя Лизанька, глазки свои ясные трудить не станет.
Лиза. Вот когда я поняла, чего стоит подневольная работа вышивальщиц и кружевниц, как ноет спина, как в натруженных глазах тает мир! Как в глазах потемнело! Фиолетовые, желтые, зеленые плывут пятна и все заслоняют.
Девки. Барышня кончила! Закрепила последнюю шелковинку! Барышня пальчик уколола! Кровинка на пальчике выступила! Нянюшка, няня! Барышня иголкой пальчик уколола.
Нянька
Лиза. Игла заторопилась, — знает, что давно пора кончать. Как потемнело в глазах! Как темно на сердце! Кончила мое покрывало, но все мне быть одной, — милый мой далеко. Перед глазами плывут лиловые пятна. В глазах багряно и туманно, голова кружится. Напрасно ты торопилась, милая игла!
Степанида. Не плачьте, барышня, — приедет милый. Хотите погадать на свечке?
Лиза. Какое же теперь гаданье? Ведь не зима!
Степанида. Мы возьмем жестяной коробок, поставим в него восковую свечку, на речку спустим, пускай плывет, покуда видно. Коли свеча не погаснет, вернется милый скоро.
Лиза. А где же коробок?
Степанида. У нас уже все готово, — вот Дашка коробок держит.
Девки
Смех, громкие крики. Девки возвращаются с веселой песней. Потом входит Лиза с только что срезанными ей в саду цветами. Разбирает их и ставит в две вазы.
Лиза. А где же Лушка?
Степанида. Да в Заозерье, видно, побежала. Там садовник молодой уж больно красив, — все к нему Лушка бегает полюбоваться, помиловаться, поцеловаться.
Нянька. Ты знай себя! Что о других болтаешь? Ты расскажи-ка лучше барышне, зачем ты к Дмитрию ходила.
Степанида. Тебе-то что за дело?
Лиза. Ты, Степанида, не груби. Молчи.
Лушка. Барышня, барышня!
Лиза. Что ты, Лушка?
Лушка. Барышня, молодой барин Львицын, сказывают, сейчас приехал. Да как постарел! Да как подурнел!