Финляндия. Всё время забегаютвперёд меня озёра тишины.И нравится ходить мне берегами,где только сосны, мох и валуны.Или ногой, изогнутой в колене,стоять красиво на разбухшем пнеи, обратясь глазами к тишине,цитировать «Пиры» и «Запустенье».Тропою заплутавшего ручьямне нравится в чащобу возвращатьсяи там всё с тем же озером встречаться,и так смотреть, как смотрят при свечах.Воздушных ям открытая водаимеет привкус осени и неба,и нравится мне — будто я тут не был —не находить ни сле́да, ни следа́.〈1967?〉<p><a l:href="#c-77">77</a></p>Чтоб себя не разбудить,на носках хожу, ступая.Прячет ночь, на свет скупая,одиночечества стыд.Чем не я хандрою стойкиймокрый сад под фонарём?Глядя в утреннюю Мойку,все когда-нибудь умрём.Чьи мою обгонят души,Богом взятые к себе?С винной чашей встав снаружи,пью я полночи небес.Пью ночей осенних горечь,их горячую струю,море лжи, печали море,запрокинув очи, пью,иль, трескучею свечоюотделясь от тьмы, пишу:«Мокрый сад и пуст и чёрен,но откуда листьев шум?»〈23 ноября 1967〉<p><a l:href="#c-78">78</a></p>Стали зримыми мирыте, что раньше были скрыты.Мы стоим, разинув рты,и идём иконы свитой.Нам художник проявилна доске такое чудо,что мы, полные любви,вопрошаем: взял откуда?Всё, что мы трудом творим,было создано до нас,но густой незнанья дымэто всё скрывал от глаз.Всё есть гений божества:звуки, краски и слова,сочетанья их и темы,но как из тёмного окнапред ним картина не видна,так без участия богемы,что грязь смывает с тёмных стёкол,ничего не видит око.〈1967?〉<p><a l:href="#c-79-80">79–80. Слава</a></p>〈1〉Глухой тоски тяжёлый мёдв стихов оформился кристаллы,но и прижизненной еёмне, видно, снова недостало.Но не она — причина мук,а как пример противоречьястремится дух к засмертной, вечной,какая вовсе ни к чему.〈2〉Давно уж никому неведомживу угрюмым домоседоми, уподобив стих свищу,лениво к рифме мысль ищу:смотрю, как гноя жидкий мёд,наружу ход пробив, течёт.Так поневоле, не хотяживу, как в матери дитя.Всё б ничего: и лень, и гной —была бы смерть не запятой…〈1967?〉<p><a l:href="#c-81">81</a></p>Уже в спокойном умиленьесмотрю на то, что я живу.Пред каждой тварью на коления встану в мокрую траву.Я эту ночь продлю стихами,что врут, как ночью соловей.Есть благость в музыке, в дыханье,в печали, в милости Твоей.Мне все доступны наслажденья,коль всё, что есть вокруг, — они.Высоким бессловесным пеньемприходят, возвращаясь, дни.〈1967 или 1968〉<p><a l:href="#c-82">82</a></p>
