Приближаются ночью друг к другу мосты.И садов и церквей блёкнет лучшее золото.Сквозь пейзажи в постель ты идёшь, это тык моей жизни, как бабочка, насмерть приколота.〈1968〉<p><a l:href="#c-110">110</a></p>Есть между всем молчание. Одно.Молчание одно, другое, третье.Полно молчаний, каждое оно —есть матерьял для стихотворной сети.А слово — нить. Его в иглу проденьтеи словонитью сделайте окно —молчание теперь обрамлено,оно — ячейка невода в сонете.Чем более ячейка, тем крупнейразмер души, запутавшейся в ней.Любой улов обильный будет мельче,чем у ловца, посмеющего сметьгигантскую связать такую сеть,в которой бы была одна ячейка!〈1968?〉<p><a l:href="#c-111">111</a></p>О, как осення осень! Какуходит вспять свою река!Здесь он стоял. Ему коняподводят. Он в коня садитсяи скачет, тело удлиня…Во всех садах осталось листьевещё на два таких же дня.Потом уснул. Но и во сне,небес и вод не разбирая,скакал то сам, то на коне,из края в край, один, по краюночного берега Невы —она не шла из головы!Однако мрак и непогода,его встречавшие тогда,и ныне здесь. Тоска и воды —всё так, как было до труда.〈Конец 1968 или начало 1969〉<p><a l:href="#c-112">112</a></p>Из облаков, из неба в облакахспускаюсь на тебя на парашюте —рекламный этот щит, цветной плакатнас отражает вдруг по самой сути!а ласточки? а листья в сентябре?〈1969〉<p><a l:href="#c-113">113</a></p>Когда наступает утро, тогда наступает утро. Дерево — это ДЕРЕВО. И я в состоянии САДА В САДУ.Ветер Моцарта (или: вот ветер Моцарта стаю ангелов вспугнул!) Тебе тихо?Вот улицы с морями на конце.Вот боль распускающегося бутона.Вот я — навсегда я,я навсегда устал,МНЕ — ТИХО.Я вернулся из рая в рай.Вернулся ЗАДУМЧИВО ТАНЦЕВАТЬ, ЗАДУМЧИВО ПИТЬ, ЗАДУМЧИВО ЦЕЛОВАТЬ, ЗАДУМЧИВО ВЕРИТЬ,я вернулся ЗАДУМЧИВО.В ДВУХ ШАГАХ ОТ ДВУХ ШАГОВУВИДЕЛ Я ДВОЙНИКА БОГА — это был мой тройник: БЫК — ДЕВОЧКА, БЫК — БАБОЧКА,и мы пригубили друг друга.Мы ПРИГУБЛЯЛИ ДРУГ ДРУГА,мы ТАНЦЕВАЛИ ДРУГ ДРУГА,мы ПИЛИ ДРУГ ДРУГА,пока я говорил:— ГОСПОДИ,ТЫ СВЕТИШЬ ТАКИМ СВЕТОМ,ЧТО Я НЕ ВИЖУ ТЕБЯ!1969<p><a l:href="#c-114">114</a></p>Проснулся я: ещё не умер!Кто это пляшет под лунойв холмистых зим архитектуреко мне повёрнутый спиной?Мы все чудовищно устали:всё скверно, ежели не пить,мой двойничок, бедняжка, Алик,но ты по-прежнему пиитъ.Я говорю: «Покойной ночи!»России, дереву, жуку.Уютные читают очив постели Пушкина строку.〈1969?〉<p><a l:href="#c-115">115</a></p>
