Сон оборвался, не кончен:Хохот и каменный лай.В звёздную изморозь ночиВыброшен алый трамвай.Пара пустых коридоровМчится, один за другим.В каждом – двойник Командора —Холод гранитной ноги.– Кто тут?– Кондуктор могилы!Молния взгляда черна,Синее горло сдавилаЦепь золотого руна.– Где я? (кондуктор хохочет)– Что это? Ад или рай?– В звёздную изморозь ночиВыброшен алый трамвай.– Кто остановит вагоны?Нас закружило кольцо!Мёртвой, чугунной воронойВетер ударил в лицо.Лопнул, как медная бочка,Неба пылающий край:В звёздную изморозь ночиВыброшен Алый Трамвай!22 мая 1955<p>Импровизации</p>
1
Ранний звонок трамваяИщет начало дня,Песня, едва живая, —Спасения у меня.Песня роняет звуки,Звёзды – её кольцо, —Лёгкие бросив рукиВсплесками мне в лицо.
2
Милая, ты полнаЛунного яда.– Что же тебе, Луна,Что тебе надо?Я от тебя дрожу,Я ли виною,Завтра я ухожу.– Ты не со мною?– О, не дрожи,Руки твои как птицы!Их положиМне на ресницы.<p>Радуга на мостике Калинкином</p>Дождь звонкими синими струнамиПовис на кустике, выросшемПод куполом старой башенкиВ кольце мостовых цепей,А лёгкий смычок из радуги,Над нами внезапно вспыхнувший,Высек из струн невиданныхСто разноцветных брызг…<p>Рассвет на пр. Маклина</p>– Сейчас привезут макароныНа потных конях, а пока —В чугунной авоське балконаОзябшие, спят облакаИз лёгких шелков и резины, —На всех, огоньками, роса —В плетёном железе корзиныВздремнули на четверть часа.А сонных готовятся ветры —Дождям, как японцы, косым,Отмеривать – метры за метром —Раздетым, голодным, босым.– Бери чёрно-бурые крыши,Набейте чердачный кошель!Напяльте, чтоб выглядеть рыжимПод рисовой пудрой «Рашель»!И ждите, терпением по́лны,В зелёных и красных шелках,Пока привезут макароныНа потных, как день, лошаках!<p>Воскресное утро</p>Солёные медные воблы!Железные пилы – лещи!Взывают могучие соплаТрёхсот сорока продавщиц.Сегодня – засилие сельди.Витрины набиты с утраТреской из коричневой медиИ окислов серебра.<p>Базар</p>Засилье веников и крынок.Триумф весны и нищеты —Цветной базар.…Мятежный рынокРекламой принят на щиты.И солнца плеск,И стёкол плесеньОтныне собраны в аккордКлавиатурой чёрных лестницВ минорной клумбе клавикорд.<p>Тряпичник</p>Туман по-осеннему пресныйОт ветра шатается, – пьян.Пришёл ко двору неизвестный,Воскликнул: «Тряпьё-бутыл-бан!»Приму ли диковинный вызов —Нелепый татарский девиз?Ворона, бродившая низом,Стремительно ринулась ввысь.– О, думаю, мудрая птица!Не любит дворовых тревог,Но, молча,швыряюв бойницуБутылку и рваный сапог.24 июля 1957* * *
