Потому что он бьется мне в горло уже почти на грани — я чувствую, как головка становится жесте у меня во рту, как вены твердеют под языком. Но и сама в ответ яростно насаживаюсь на его язык, такая мокрая, что он сглатывает и слизывает, кажется, уже почти не переставая.
Я кончаю первой — буквально разрываюсь на какие-то маленькие кусочки, потому что Влад прибавляет к языку палец, буквально парой легкий касаний надавливает на клитор. И это добивает меня окончательно, заставляет ноги разъехаться, и дрожать в каком-то совершенно нереальном оргазме.
И где-то здесь, дав мне маленькую передышку, Грей Вдалбливает член мне в рот почти до самого конца. Раз, еще раз. Жестко, грубо, абсолютно охуенно.
— Да блядь же… на хуй… блядь…
Взрывается где-то у меня в горле.
Наполняет рот так сильно, что я не успеваю проглотить все, хотя и пытаюсь.
Но его сперма течет у меня по губам.
Плевать, боже.
Я растираю ее пальцами, и когда, наконец, выпускаю его член изо рта — слизываю тяжелые капли с ладони.
Охренеть.
— Ань, я чуть не сдох, блин… — Влад тянет меня на себя, смеется очень выразительно распухшими губами. — Обожаю тебя, Золотая ленточка. На хрен вообще с тебя не слезу!
Дина звонит около десяти утра на следующий день.
Я сбрасываю, потому что как раз провожу маленький вводный инструктаж в новом офисе для слегка офигевших сотрудников. Часть из них не была посвящена в детали моего плана, потому что я, наученный горьким опытом, решил перебдеть.
Пишу этой суке, что занят и перезвоню.
Мне на нее понадобиться пара часов, которых прямо сейчас у меня нет.
Еще час уходит на то, чтобы раскидать проекты моим архаровцам — пахать мы все будем просто как Стаханов в забое, о чем сразу предупреждаю на берегу. Ну, соответственно, со всеми положенными финансовыми плюшками сейчас и дополнительными выходными потом.
А еще через час прилетает «первая ласточка» — звонит Шуба.
— Влад, а что за новый рабочий график у нас в офисе? — спрашивает таким елейным голосом, как будто не он слил Ане целую эпопею о моем прошлом.
Ну ок, старый ты пидар.
Делаю ебало кирпичом, откашливаюсь и казенным штилем шпарю, что я вообще ни хуя не понимаю, о чем он там хрипит.
— Еще раз назовешь меня не по батюшке, собака сутулая, я через твои гланды мыльные пузыри дуть буду, — добавляю для острастки. Моя Золотая ленточка в безопасности, тылы я на этот раз не то, что подстраховал — я, блядь, бетоном все залили похлеще, чем в Чернобыле. Так что можно гнать на полную.
— Влад… гм-м… Владислав Андреевич, так дела не ведутся. — бубнит Шуба.
— Что ты мямлишь, отрыжка старая? — хмыкаю вообще в наглую. — Кому ты там всю ночь насасывал, что пасть не открывается?
— Саботаж решил устроить, Король?!
— О, открылась все-таки хлебогрызка.
— Я твой драгоценный «ИКС» закопаю, Король.
— А я тебе в рот нассу, — ржу. — И что ты мне, пидар гнойный, сделаешь?
Шуба что-то невнятно квакает и бросает трубку.
Но, блядь, через час начинает названивать снова. И судя по частоте — на него, наконец, начали сыпаться подарки. Здравствуй, сука, Новый год! И это не судебные иски по контрактам, это, блядь, мандаринки! Жри, Шуба, я не жадный!
Все его вызовы перенаправляю на автоответчик — пусть говорит с моей жопой, может быть, я когда-то послушаю, ну чисто поржать. По всем остальным вопросам нам с шубой вообще не надо разговаривать — юристы мои звери, фронт работ мной обозначен более чем четко. А огромная итальянская пиздюлина будет просто вишенкой на всей этой куче говна.
Я не ленивый и не жадный — что-то я, конечно, потерял, но это даже не пятая часть. Отобью. Вообще по хуй. Я у этой жизни и не такое выгрызал, потому что молодой, борзый, здоровый и умный. А вот Шубе это говно жрать дырявой чайно ложкой буквально до гробовой доски.
Ну вот, а теперь, пока он там потихоньку охуевает, надо решать с еще одной сукой.
Пишу Дине СМС — спрашиваю, где она и все ли готово с отпуском. Отвечает, что дома и уже просто сидит на чемоданах. Отлично, и эта тоже заглотила наживку по самые жабры.
Еду за ней, по дороге отдаю указания ребятам на местах.
Дина встречает меня около дома, с тремя здоровенными чемоданами, один другого толще. Размалеванная, довольная. Улыбаюсь в ответ.
— Я подумала, что этого на десять дней хватит, — говорит Дина, пока ходит за мной мной буквально шаг в шаг.
— Ага, — закидываю ее добро в багажник. — Садись.
Она залезает на переднее пассажирское сиденье.
Всю дорогу до аэропорта распинается, как она давно не была в отпуске, как она мечтает поваляться под пальмами и киснуть в роскошном джакузи.
— С тобой, — добавляет в конце, нарочно таким тоном, как будто я ей уже кольцо на палец надел.
— Ага, — повторяю, и снова без эмоциональных опознавательных знаков.
— Я рада, что ты от нее избавился, — говорит Дина, даже не скрывая триумфа.
— Ты очень старалась, да?
— Эта сучка не для тебя, Король. Если бы ты послушал меня с самого начала и уступил ее Шубе, ничего этого не было бы.
— А ты просто как в воду глядела.