Да, сударь мой, нередко вот бывает:Отец на стол, а детки за дележ,И брата брат за шиворот хватает...Из-за чего? И в толк-ат не возьмешь!У вас-то, бар, я чаю, нет разлада...А мужики, известно, вахлаки:У них за грош — остуда и досада,За гривенник какой-нибудь — пинки!Тут из-за баб, детишек выйдет злоба...Вот мы теперь: всего-то двое нас —Мой брат да я; женаты, сударь, оба,И хлеб всегда имели про запас;И жили бы себе, домком сбирались...Нет, погоди! Вишь, жены не в ладу:Вон у одной коты поистаскались...«Я, — говорит, — на речку не пойду;Пускай идет невестка, коли хочет,Ей муж успел обнову-то купить...»А та себе, как бешеная, вскочит,Начнет вот так руками разводитьИ ну кричать: «А ты что за дворянка?Котов-де нет, да села и сидит...»И тут пойдет такая перебранка.Что у тебя в ушах инда звенит.Брат за жену, глядишь, замолвит словоИ дурою мою-то назовет,А у тебя на слово пять готово, —Вот, сударь мой, потеха и пойдет!Всё это так... И при отце бывало.Да старичок нас скоро разводил;Чуть крикнет: «Эй!» — бежишь куда попало,Не то — беда! Ох, крут покойник был!Как помер он, мой брат и позазнался:Срамит меня, срамит мою жену:Вы, дескать, что? Старшим-то я остался,Я, говорит, вас вот как поверну!И повернул... Тут надо лык на лапти —Он бражничать возьмется да гулять;Ты цеп берешь — он ляжет на полати...Ну, одному не растянуться стать.Жена его всё, знаешь, поджигает:«Делись, дескать! Твой брат-то лежебок,Как куколку жену-то снаряжает,Исподтишка весь дом поразволок...»Сама-то, вишь, она скупенька больно,Готова век в отрепьях пропадать,Да любит жить хозяйкой самовольной,По-своему всё, знаешь, повершать.Ну, а моя бабенка не сварлива,А грех таить — от щегольства не прочь,Да и того... в работе-то ленива,Что есть, то есть, — тут ложью не помочь.Вот, сударь мой, и завязалось дело:Что день, то шум, под шумом и заснешь;И брату-то всё это надоело,И мне равно, — и начали дележ...Сперва-то мы по совести делились,Не сладили — взялись было за суд;Ну, кое-как в расправе помирились,Остался спор за старенький хомут...И я кричу, и брат не уступает:«Нет, — говорит, — хоть тресни, не отдам!»Я за шлею, — он, знаешь, вырываетДа норовит ударить по рукам.И смех и грех!.. Стоим за дрянь горою!..Вдруг, сударь мой, моргнуть я не успел,Как крикнул брат: «Возьми, пусть за тобою!» —Да на меня хомут-то и надел.Я сгоряча в шлее позапутлялся;Народ орет: «Вот, обрядил коня!..»Уж так-то я в ту пору растерялся —Инда слеза прошибла у меня!..Вам, сударь, смех... Нет, тут смешного мало:Ведь брат-то мой по-барски чаял жить;Взялся за гуж — ан силы недостало,Тужил, тужил — и начал с горя пить.И мне не мед... Ведь праздников не знаешь:Работаешь, спины не разогнешь,Чуть непогодь — всё стонешь да перхаешь...Вот, сударь мой, мужицкий-то дележ!26 октября 1855
