В Тридевятом государстве(Трижды девять — двадцать семь)Все держалось на коварстве —Без проблем и без систем.Нет того чтоб сам — воевать, —Стал король втихаря попивать,Расплевался с королевой,Дочь оставил старой девой, —А наследник пошел воровать.В Тридесятом королевстве(Трижды десять — тридцать, что ль?)В добром дружеском соседствеЖил еще один король.Тишь да гладь, да спокойствие там, —Хоть король был отъявленный хам,Он прогнал министров с кресел,Оппозицию повесил —И скучал от тоски по делам.В Триодиннадцатом царстве,(То бишь — в царстве Тридцать три)Царь держался на лекарстве:Воспалились пузыри.Был он — милитарист и вандал, —Двух соседей зазря оскорблял —Слал им каждую субботуОскорбительную ноту, —Шел на международный скандал.В Тридцать третьем царь сказился:Не хватает, мол, земли, —На соседей покусился —И взбесились короли:«Обуздать его, смять!» — только глядь —Нечем в Двадцать седьмом воевать,А в Тридцатом — полководцыВсе утоплены в колодце,И вассалы восстать норовят…
x x x
Не возьмут и невзгоды в крутой оборот —Мне плевать на поток новостей:Мои верные псы сторожат у воротОт воров и нежданных гостей.
{К 5-летию Театра на Таганке}
Даешь пять лет! Ну да! Короткий срок!Попробуйте, допрыгните до МХАТа! —Он просидел все семьдесят — он смог,Но нам и пять — торжественная дата.Спасибо! Дали испытать ее,Хлебнули Горького, глаголют нам, что правы.Пусть Зине Славиной за «Мать» ееВручают орден материнской славы.И пусть проходит каждый наш спектакльПод гром оваций ли, под тихий вздох ли,Но вы должны играть «Мать» вашу так,Чтоб все отцы от зависти подохли.Лет через сто, когда снесут театрИ все кругом, не тронут только «Каму», —Потомки вспомнят нас, вскричат «Vivat!»За нашего отца и нашу «маму».