Словами, — потому что нечестивые говорят, будто не следует изображать Христа в телесном виде, делами — потому что они истребляют всякую святую икону Христа, Богородицы, Ангелов, всякого святого и святой. Во всех церквах, на всяком священном приношении предают ее огню, порицают, насмехаются над великим таинством благочестия, называют мерзостью изображенного Христа с Его Матерью и служителями. Так думать, говорить и делать свойственно иудеям и язычникам. Арабы и скифы, зная стыд, не делали ничего подобного. Как же это не является отвержением домостроительства Христова?
Впрочем, обратим речь к предложенным вопросам. Некоторые пали по собственной воле, без принуждения, другие — вследствие бичевания, иные — вследствие угроз и только их одних, иные — без угроз и мучений, только из страха, иные — из опасения лишиться собственности, а некоторые — по неведению. Как должно принимать этих обращающихся? Так, чтобы они являли достойные плоды покаяния. Какие именно? Не причащение Святых Тайн, при этом — слезы и усердную молитву, первые — в продолжение трех лет, вторые — двух лет, третьи, четвертые и пятые — как первые, шестые — в продолжение одного года.
Как нужно поступать с ними после исполнения этого? Кто из священного сонма не подписывался и еще не участвовал в нечестивом приобщении, тот пусть остается в клире, в котором он поставлен. А кто подписался, тот пусть будет отлучен от священнослужения до православного собора, впрочем, причащаясь Святых Таин. Можно ли вкушать пищу вместе с другими, которые имеют общение с нечестивыми по нужде, из страха или от голода, или и без нужды, или по принуждению, а между тем признают себя православными? Отнюдь нет, разве только принадлежащим к низшим слоям народа, и притом не безразлично когда, а по какому–нибудь необходимому случаю, раз или два.
Можно ли вкушать остатки от их снедей по нужде или и без нужды, потому что на них сделан был знак Креста? Если от священника, то нельзя, а если нет, то можно вкушать по нужде. Можно ли входить в их часовню для молитвы, и можно ли совершать в ней святое приношение с собственной трапезой? Ни того, ни другого делать нельзя. Можно ли здороваться с ними, говорить и приветствовать их? Нет, как говорит великий Василий. Господь запретил приветствовать их: случайно — может быть, но с любовью и дружбой — этого надобно избегать, дабы и здесь исполнялось сказанное:
Есть некоторые из монашествующих, которые ни словом, ни делом не участвовали в том, спасшись бегством, и потом, удалившись от нечестивых, опять возвратились. Это хорошо. Если в церкви совершалось богослужение нечестивыми и если однажды, то можно туда входить совершая в ней только молитвы, а если многократно, то нужно далеко уходить от нее.
Есть некоторые миряне и даже монахи, которые сильно ненавидят или даже оплакивают нечестие, но по причине безбожных угроз приступают к их причащению, считая его гибелью, а потом просят нас молиться о них. Следует ли причащать их Божественных Таин? Молиться можно, но не причащать, что бы они ни говорили и ни делали. Если они поставят на дорогах кресты, следует ли поклоняться? Нет препятствий. Следует ли принимать их приношения? Нет.
Это высказали мы, как Господь внушил нам, не законодательно, — ибо мы не из иерархов, которым свойственно устанавливать правила, — но в виде совета, так как мы по достоинству равны вам и так как, за неимением иерархически обязанных устанавливать правила, мы, по вашему настоянию, приступили к этому. Вы же, святейшие отцы, простите, если что–нибудь из сказанного не нравится вам. Ведь врач должен наблюдать свойства и души, и тела, и лица, и особенности времени, и наклонность, и страсть, и силу, и немощь и таким образом врачевать и давать лекарства, то уменьшая, то увеличивая их количество, чего вообще обнять в правилах невозможно, как определили и сами Святые Отцы наши.
Благой Бог наш, зная удобопреклонность человеческой природы и то, что и кажущийся ходящим прямо, немного вознерадев, не осознавая того, падает, человеколюбиво даровал покаяние, которое восстанавливает человека от падения и возвращает ему здоровье. Так как и ты, брат мой, подвергся тому, чему подвергся, и исполнил время достодолжного покаяния, с великим сокрушением и множеством слез, как я слышал, умилостивляя Бога, а теперь просишь разрешения, как сообщили мне эконом и помощник эконома, то да разрешит Господь, и да будешь ты отныне здоровым, сын мой, и радующимся во Христе, и благоуспешно ходящим в Нем, так чтобы, дав обещание Владыке, тебе уже не падать, но умереть за Него, как и Он Сам пострадал за тебя.
Прежде я, недостойный, в письме слезно взывал к тебе: