Благодарение Богу, почтеннейший брат мой, что в настоящую суровую зиму неверия ты явился цветом Православия, или лучше сказать, — исповедником Христовым, который будучи однажды приведен к трону властителей, не устрашился. Ты
Стой же, доблестный воин Христов, мужайся до конца,
Узнав, что ты, желаннейший, был судим и подвергнут бичеванию ради Христа, я радуюсь и сорадуюсь тебе. Ибо это — радость и веселье, а не радость мира. Последняя не радостна, она только кажется такой, а на самом деле не такова, потому что скоротечна, непостоянна, и когда проходит, приносит смерть. Радость по Боге одна только — радость постоянная, и конец ее — вечная жизнь. Поэтому я справедливо радуюсь и сорадуюсь тебе, почтеннейший отец.
А то, что, как говорят, стократные удары, сыпались на тебя подобно дождю и жестоко истерзали тело — еще большая радость. Даже не без страдания перенес я весть об этом. Впрочем, слава прославившему тебя Богу. Быть битым по хребту нечестивыми — твоя вечная слава, твое священное страдание, утверждение таких же исповедников, ободрение православных, поражение еретиков, созидание Церкви Божьей.
Феодор — всюду рассеянным братствам, с подвизающимися в исповедании Христовом, радоваться.
Всякую радость можно найти, братия мои, в настоящих скорбях: ибо и гонение гонимых, и заключение заключенных, прибавлю еще — и бичевание бичуемых — ради Христа. Поэтому я не перестану взывать и всем вместе, и каждому порознь внушать, напоминать, хотя я знаю, что вы тверды в вере и внутри себя имеете убеждение и внушение. Однако я, грешный, должен привнести что–то и от себя, особенно если побуждает к этому любовь.
Вы для меня — радость и венец, опора и необоримая сила. Итак, прошу и увещеваю всех оставаться непоколебимыми, со всяким благодушием и бодростью.
Какое обетование, возлюбленные! Будем терпеть, хотя бы ввергли нас в огонь, будем все переносить, хотя бы отдали нас зверям. Ибо так терпели подвизавшиеся от века мужи и жены, взирая на тамошние блага, надеждами облегчая настоящие скорби, считая мучения удовольствиями и желая умножения страданий, а не отвращаясь от них, как делают те, кто старается стяжать богатства больше сотоварищей. Это знаете и вы сами, вкусившие бессмертной сладости.
О, мир обманчивый! Как горько кажущееся тебе сладким, и смертоносно, и противно всякой радости и веселью! О, любовь Христова! У тебя и у владеющих тобой благословение, и радость, и господство! Видите, какими словами — не превосходными, но дружественными, я, ничтожный, убеждаю вас. Те, кому кажется, что Господь медлит посетить нас, пусть представляют, что