Радуйтесь в Господе, братия и отцы! Радуйтесь, воины Христовы! Радуйся, троица братская, богатая благодатью Святой Троицы! Вы поистине достойны таких приветствий, потому что ради Христа мужественно переносите тягчайшее заключение под стражей, мучимые злодеем Леонтием. О иудействующее отступничество! Дикий зверь, и тот насытился бы, столько лет мучениями истощая и выпивая кровь вашу, а этот неистовствующий свирепый кровопийца остается ненасытным, не чувствуя жалости и человеколюбивого сострадания к вам, агнцам Христовым, но огорчая и всячески исхитряясь вместе с сатаной поглотить вас, чтобы этот дракон мог хвалиться, чтобы вашим примером устрашить и всех нас. Но нет,
Вспомните о святых, бывших от века, о том, что никто из них не угодил Богу без искушений и многих скорбей. Один был
Ты, мой Картерий, в соответствии с именем своим, тверд душой [ [179]]. Ты, обильнейший Аффоний, обилен терпением [ [180]]. Ты, поистине Агапий, крепок божественной любовью [ [181]]. Мрак темницы доставит вам вечный и неприступный свет, голод — райское наслаждение, нагота — одежду бессмертия, одиночество — жизнь с Богом, нестрижение волос — боговидное благообразие, так что вы с открытым лицом будет созерцать славу Господню. Не радость ли это? Не веселье ли, которое выше всякого веселья? Может быть, мы даже должны сетовать, что у нас нога не в колодке и на нас не надеты оковы. Ибо чем больше страдания, тем больше и утешения славой Божией.
Такие увещания в немногих словах предложил я вам, возлюбленные, зная, что вы сами в себе имеете терпение. Вы же воздавайте мне и находящемуся со мной брату нашему Николаю, который приветствует вас, священными молитвами, чтобы мы спаслись.
Если следует мне, смиренному, что–нибудь делать, то именно увещевать вас словом и ободрять убеждениями, вас, поистине Господних сестер и матерей, как сказала Сама Истина (Мф.12:49). Ибо вы претерпеваете ради Христа и лишение духовной матери, и разлуку друг с другом, и лишение священной обители, и содержание под стражей, и еще прежде потерпели бичевания за исповедание истины. Но что скажу я, чтобы достойно восхвалить вас?
Целой общине одной обители в числе тридцати человек, в настоящее время, когда уклонились от истины и начальники, и подчиненные, и монахи, и монахини, отвергнув слово Господне из страха смерти, хотя и остались немногие верные, быть столь единодушной и принять на себя подвиг ради Христа, — это можно уподобить древним временам. Это подобно сорока святым мученикам или подражанию каким–либо другим блаженным подвижникам.
Как блаженны вы, соревнующие одна другой пламенной ревностью и вообще поощряющие друг друга на поприще исповедания! Зрелище, достойное ангельского лика, мученического сонма, благоугодное Богу, ради Которого и эти страдания! Поэтому, дочери вышнего Иерусалима, ветви истинного винограда, неложные ученицы Слова, возрадуемся богоприлично, возблагодарим Христа, укрепившего вас для перенесения прежних бедствий, потом приготовимся и к будущим.
К чему же именно? Хотя бы опять бичи, хотя бы узы, хотя бы огонь, хотя бы меч, отнюдь не станем уклоняться, но будем готовы переносить все со Христом. Ибо это будет возможно для нас, так как Он сказал:
Итак, пусть ни одна не падает пред сатаной; пусть ни одна из тридцати не будет пристрастна к жизни, как ни один из тех сорока. Те — образ воздержания, а вы — образ Святой Троицы, взятый десять раз по трижды. Таково наше ничтожное увещание. Вы же, преблаженные матери, воздайте мне молитвами в напутствие ко спасению.
И прежде мы получали достаточно доказательств вашего благочестивого расположения к нашему смирению, а теперь особенно, так что поистине мы удивляемся, взирая на ваши дары, насколько они многочисленны и велики. И, кроме того, мы узнали от письмоносца, лично вас видевшего, как вы бережливы и как заботитесь о том, чтобы оказать милость, выразить сострадание, накормить, напоить, одеть или сделать еще что–нибудь нужное для жизни нашего ничтожества, как вы стараетесь узнать об этом и привести в исполнение.