И хотя дерзновенно, однако справедливо мы можем сказать таким, что во время воздвигнутых еретиками гонений предстоятелям высоких престолов, как сподвижникам Духа и имеющих полные апостольские предания, следовало бы по–братски восстать, сострадательно подать руку помощи страждущим за истину. Ибо,
Нужно ли говорить, сколько пользы принес, поступив так, апостольский престол Запада? Он значительно укрепил дух ратоборствующих — ибо и малое ободрение обычно придает силу страждущему, — и обуздал вдохновенным обличением высокомерие нечестивых, а что может быть спасительнее этого? Какого осуждения достойны те, кто мог бы сделать это, но, напротив, не сделал, я, несчастный, не стану говорить, из уважения к Ангелу вашего блаженства.
Впрочем, это уже кончилось, как всем известно, когда Благой Бог истребил пагубного дракона смертью чрезвычайной и соответствующей отступничеству. Однако и настоящие обстоятельства не таковы, как можно было предполагать. Зима прошла, но вожделенной весны нет, а только воссиял некоторый просвет, но и тот из утреннего облака.
Достаточно, я думаю, таким образом завершить речь, так как и ваша мудрость не нуждается в наставлении, и время не позволяет говорить яснее. Поэтому и ваши священные письменные знаки не вручены. Ибо, как они могли быть вручены, когда мы, униженные, заброшены сюда, далеко от города, и остальные в других местах терпят гонение? И сборы подаяний, как мы желали, еще не сделаны, кроме того, о котором написано в приложенном списке. Подавшие исповедуют, что они скорее получили, нежели оказали милость, удостоившись иметь некоторое общение с теми святейшими местами, где совершилась великая тайна благочестия, Бог явился в нашем образе.
О, неизреченное чудо! Его, начертанного на иконе, по преданию отеческому или учению Божественному, мы, или, вернее, вся вселенная, исповедуем и Ему поклоняемся, с самого начала проповеди. Ибо иначе и не было бы исповедания Христа так, как учите вы, блаженнейшие, а отвергают иудейски презренные иконоборцы, как будто движимые злым духом. Божественная и священная глава, умилостивляй Его богоугодными своими молитвами, чтобы Он ниспроверг смущающую народ ересь, явил солнце Православия, затем защитил и нас, нижайших, принадлежащих к чадам твоим и следующих блаженнейшему отцу и архиерею нашему. Да будет так!
Я и брат мой, боголюбезнейший архиепископ Солунский, горячо приветствуем служащих вам отцов и именитых братий наших, или, благопристойнее сказать, пред святым лицом твоим, пред стопами твоими, мы оба и находящиеся с нами желаем принять благословение.
Вот тебе, господин, письмо, которого ты требовал, и избавь меня от обвинения. Ты спросишь: «Почему не раньше?» Потому, что нам стыдно было предложить вашему почтенству поучительное слово. Если же ты желаешь этого, то прими, достолюбезнейший.
Истинный христианин есть не что иное, как подобие и отображение Христа, и должен быть в таких близких отношениях с Ним, в каких каждый член находится с головой и ветвь — с виноградной лозой. Ибо Сам Господь сказал:
Поэтому, господин, будем приносить в качестве плодов грозди добродетелей и не останемся бесплодными. Ибо Господь говорит:
Он же говорит и следующее:
И еще говорит апостол: