Сочинения полностью

Итак, господин, невозможно смешивать Божественный суд с мирским, также невозможно здешней Церкви созвать собор без согласия пяти патриархов. Если же кто спросит о том, каким образом это может произойти, то скажу: необходимо, чтобы иноверные удалились из церквей Божьих и священный патриарх Никифор получил свой престол. Тогда бы он составил собор с теми, с кем вместе он подвизался, в присутствии представителей прочих патриархов, и главное — западного, которому принадлежит высшая власть на Вселенском Соборе, что возможно, если захочет император, завершил бы примирение и устроил бы воссоединение Церквей посредством своих соборных посланий к Римскому престолу.

Если же это не угодно императору, и если, как он говорит, председатель Никифор вместе с нами уклонился от истины, то следует послать к Римскому патриарху с той и другой стороны, и пусть оттуда будет принято утверждение веры. Ибо таково положение: если уклонится один из патриархов, то он должен принимать исправление от равных ему, как говорит божественный Дионисий, а не судиться императорами, хотя бы восстали все православные императоры. Этого правила не должен презирать наш император, но, напротив, должен больше всего заботиться о его соблюдении, так как от этого зависит и благополучие царства, и законное царствование.

Ничего другого мы добавить не можем, смиренные и недостойные, молящиеся о вожделенном твоем благоденствии. Если же чего не достает в письме, то относящий письмо и поклоняющийся почтенным стопам твоим, даст ответ.

Весть о кончине духовного отца нашего и вашего, возлюбленные братия, поразила нашу душу, как и следовало, и ввергла в тяжкую скорбь. Не об умершем, — блажен он, окончивший блаженную жизнь, доблестный монах, и до старости отлично подвизавшийся, с сохраненною — и это главное — среди бедствий и гонений за добро православною верою, отшедший отсюда и как бы увенчанный венцом правды за исповедание Христово. Но скорбь о нас, или лучше сказать, о вас самих, оставшихся подобно стаду, находящемуся в беспомощном состоянии после переселения доброго пастыря. Поистине, к сожалению и сокрушению сердца располагает воспоминание об этом предстоятеле, приводящее на мысль место и образ его управления в Господе: как он иного падающего увещевал, другого же дерзко поступающего наказывал, иного непокорного убеждал, другого ленивого пробуждал, с кротостью и смирением делая это, по примеру Самого Владыки, сказавшего: научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем (Мф.11:29); и вообще все, чем он отличался среди вас, как звезда утренняя. От долговременной привычки разлука с отцом обыкновенно весьма тяготит душу.

Но что нам делать, братия, пред законом Божиим, который так повелевает: земля ты и в землю возвратишься (Быт.3:19)? Лучше сказать, эта разлука есть переселение к Господу. Ему повелено было переселиться, и он вышел из тела, отделился от вас и приложился к отцам своим, оставив вам в своей жизни прекрасный пример добродетели в подражание. Что же затем еще нужно? Прийти в себя и утешать друг друга в Духе Святом; и так как он оставил вам настоятелем господина Антония, то по тем же правилам и по тем же стопам благочестия начать вам жить, соблюдая веру, с готовностью злострадать за нее, если будет нужно, даже до смерти среди настоящего гонения, и отнюдь не изменять истине, также всеми силами стараться иметь любовь между собою и послушание настоятелю. Это служит к вашему спасению; это — хвала и для того блаженного в день Христов; это превожделенно и для нас, друзей и братьев ваших. Ибо, шествуя таким прекрасным образом, вы будете иметь и нас последователями вашими, сколько возможно, в делах Господних, почтеннейшие братия.

Феодор, нижайший пресвитер и игумен Студийский, возлюбленным братиям моим и сынам духовным, рассеявшимся здесь и там ради Господа.

Благодать вам и мир от Бога Отца и Господа Иисуса Христа, даровавшего вам терпеть за имя Его гонение, которое прискорбно по плоти, но радостно по духу; ибо служит виною божественных блаженств и доставляет вечные венцы. Поэтому и я, уничиженный, весьма радуюсь и восхищаюсь, что удостоился видеть возлюбленных моих в таком преуспеянии, на такой степени доброго исповедания, которое мы исповедали пред Богом и людьми, поклоняясь Христу начертанному, т. е. изображенному на иконе, как все Святые Отцы наши.

Об одном только напоминаю и убеждаю, чтобы вы жили достойно Евангелия Христова, отличаясь добрым поведением в тех местах и с теми лицами, с которыми обращаетесь, словом, растворенным солию благодати, внешним видом, исполненным благоговения, в пище и питии умеренностью, в одежде и походке благонравием, так, чтобы вам быть светом для мирян и предметом божественного славословия, а не напротив.