Но мне кажется, что я зря утруждаю себя, когда можно напомнить тебе твои собственные слова. Не сам ли ты говорил об этом в первой книге сочинения «О здоровье», в том месте, где, сначала описав причины избытка крови в сосудах, затем говоришь о лечении этого состояния, заявляя, что цель всех этих способов — опустошение сосудов? Там ты писал, что одним больным помогают одни средства, а другим — другие. Для устранения «переполнения», как ты решил называть избыток веществ в венах, ты рекомендуешь физические упражнения, многочисленные омовения и облегченное питание. Однако не всем, по твоим словам, подходят одни и те же опустошающие средства, там как не все привычны к одним и тем же средствам, но одним привычнее омовения, другим — упражнения, третьим — вызывание рвоты после принятия пищи, так же как не все подвержены одним и тем же болезням, но одни — эпилепсии, другие — кровохарканью, а третьи — заболеваниям печени и селезенки. Так вот, ты говоришь, и говоришь правильно, что эпилептика не следует лечить от излишнего полнокровия с помощью водных процедур и омовений, а того, у кого есть опасность разрыва внутренних сосудов, — с помощью гимнастических упражнений. Ведь напряжение, вызываемое гимнастическими упражнениями, создает опасность разрыва сосудов под грудной клеткой просто при их слабости, безо всякого переполнения. Но с тем, что лишнюю жидкость надо выводить, соглашаешься и ты. У нас есть следующие опустошающие средства: упражнения, омовения, облегченное питание. Но занятия гимнастикой ты и сам не рекомендуешь. О том, стоит ли рекомендовать пациентам в таком состоянии пользоваться банями, ты не говоришь ничего. Я скажу о том, что подтверждено наблюдениями и опытом, и если позволено будет гадать о твоем мнении, то и ты, полагаю, придерживался тех же взглядов. Ведь и ты сам в сочинении «О кровотечении» рекомендуешь использовать для оттягивания избыточной жидкости перетяжки конечностей и голодание и при этом не рекомендуешь пользоваться водными процедурами для опустошения сосудов. Думается мне, ты избегаешь применять водные процедуры, если сосуд уже разорван, раз ты говоришь, что даже при возможности разрыва применять эти процедуры не следует. Даже если ты и не знал об этом, мне было бы достаточно результатов наблюдений. Ведь при любом кровотечении бани очень опасны, и причина этого очевидна: при нагревании кровь превращается в пар и газ, при этом приходя в движение и увеличиваясь в объеме. Кроме того, при горячих водных процедурах ткани становятся мягкими и слабыми. Как же им при этом не пострадать, если, с одной стороны, они стали более мягкими, а с другой — то, что может их разорвать, увеличилось в объеме и стало подвижнее? Именно по этой причине мы не используем горячие бани в качестве опустошающего средства для больных, у которых есть опасность разрыва вен из-за избытка крови. Теперь обратимся к оставшемуся третьему способу опустошения вен — к облегченной диете. Давайте выясним, что это такое, на примере трех видов этой диеты, указанных Эрасистратом. Первое — это скудная и нежирная пища. Второе — отсутствие всякой пище вообще. Третье — вызывание рвоты после еды. Ну, посмотрим теперь, как мы будем пользоваться такой облегченной диетой? Может, порекомендуем больному вызывать рвоту после еды? Но мы уже отказались от гимнастических упражнений из-за вызываемого ими напряжения; как же мы порекомендуем вызывание рвоты, которое сопровождается не меньшим напряжением? Ведь это очевидно даже для несведущего в медицине человека. Следовательно, нам остается или предписать полное голодание, или все же давать больному немного нежирной пищи. В последнем случае, даже если пища питает немного, она все же дает питательные вещества. А нам нужно не прибавлять, а убавлять количество вещества в сосудах. Итак, нам осталось прибегнуть, как к последнему якорю спасения, к средству скверному и мучительному — морить больного голодом. И после этого мы еще высмеиваем Аполлония и Дексиппа за то, что они морили голодом больных… Но я хотел бы напомнить тебе, что ты учил именно этому. Ведь ты и сам, как мне кажется, понимаешь, что голодание — не средство выведения лишнего вещества. Сначала я докажу свое положение, а затем приведу твои собственные свидетельства. Отсутствие пищи не принадлежит к разряду вещей сущих, так же как слепота или глухота: все это есть отсутствие чего-либо. Питание принадлежит к разряду вещей сущих, и назначение этой вещи — поступление в организм питательных веществ. Отсутствие же питания и само не является чем-то сущим, и назначение его ты не сможешь определить, как определяешь назначение потения, вскрытия вен и клизмы, то есть опорожнение, или назначение пищи, то есть питание. Так вот, голодание есть середина между тем и другим, то есть между опорожнением и питанием. Само по себе оно не питает и не опорожняет. Тогда почему, задает вопрос Эрасистрат, многие умирают от недостатка пищи? По нашему мнению, они умирают не от отсутствия пищи, иначе звери, которые зимуют в норах, не могли бы обходиться без пищи. Однако они обходятся без пищи, и Эрасистрат сам объясняет каким образом. Он говорит следующее: всякое живое существо способно дышать через поверхность тела, одно в большей степени, другое в меньшей, в зависимости от того, насколько пориста у них эта поверхность.
