— Сейчас слова просто приходят в ответ, а впервые я вспомнила их, когда мои ощущения обострились, когда мир вокруг вмиг стал четче и ярче, словно внутри меня включился какой-то источник силы или энергии, — медленно проговорила она.
Влад кивнул, словно в продолжение каких-то собственных мыслей, и задумчиво покрутил пустую чашку, такую крошечную в его больших ладонях.
— Скажи, а ты помнишь тот текст, который помог вытянуть камень из земли?
Юля закрыла глаза и представила тот самый момент, когда мегалит поднимался из недр земли, чтобы встать рядом со своим братом близнецом. И текст почти сразу предстал перед внутренним взором, певуче-звенящий с шелестящими нотками.
— Помню, только записать не смогу, но повторить у меня скорее всего получится.
— Буду тебе чрезмерно благодарен, и не только я, а весь наш центр, если надиктуешь его записывающему устройству. Понимаешь, не осталось в живых ни одного человека, который бы помнил этот текст.
— А почему? — удивилась Юля.
Влад плеснул еще кофе и печально вздохнул.
— Я скажу тебе, только позже. Но ответь мне вот на какой вопрос, пару месяцев назад, когда среди путевых нитей еще не возникла голубая, ты ведь сумела побывать здесь возле дома?
— Не знаю, можно ли сказать, что побывала, — пожала плечами Юля. — Но я определенно видела вас и бабушку, сидящими на веранде за столом.
— Я так и знал! — погрозил он пальцем в пространство. — Так и говорил! Что мне тогда не показалось, и я на мгновение увидел вспышку у камней, а потом женский силуэт возле ступеней. Значит, это была ты. — Утвердительно проговорил Влад.
— Деда, — окликнул вдруг его Максим. — Ну чего ты все вокруг да около ходишь. Расскажи уже, что тебе о переходах известно, ты же тут самый умный.
Влад снова расхохотался и погладил бороду.
— Дело говорит, льстец, — хмыкнул Влад. — Знаешь что, Максимушка, возьми-ка ведерко, да сходи к колодцу за водичкой. Ты все это уже слышал, а мне так разговаривать поудобнее будет.
Мальчик безо всяких возражений вышел с ведром и аккуратно прикрыл дверь.
— Давай начнем издалека, что тебе известно о существующих пространствах? — спросил Влад, сложив руки на груди.
Юля рассказала все то, что смогла узнать от Алексея и Наталии. Когда она закончила, Влад некоторое время сидел молча, покачивая головой, будто сопоставлял информацию с той, которой располагал сам.
— Убийства продолжаются в мире Вахаора сотни лет. Вся эта околесица началась задолго до того, как стало известно о создании конгломерата. В этом мире люди всегда делили земли, власть, насаждали собственные законы, использовали оружие, порой даже официально запрещенное. Видела ли ты когда-нибудь карту Бордового мира? — Неожиданно спросил Влад.
Юля кивнула и рассказала про подвал, искусственные камни и карты на стене. Мужчина задумчиво хмыкнул, продолжая поглаживать бороду, и продолжил:
— Получилось так, что в войну эту ввязалось все жители Нижнего материка. Кучка умов до сих пор не может найти истину кто кому помогал, и кто за кого воевал. В этом мире осталась пятая часть населения от некогда существовавшего, многие народы исчезли полностью. Лет пятьдесят назад военные действия прекратили, подписали бумаги, поделили земли, которых на оставшееся количество жителей теперь хватало с избытком и решили уже объединиться с остальными пространствами. Появилась надежда на мирную жизнь, когда можно творить, созидать, развиваться и шагать вперед в самых разных областях науки, техники, искусства. И в начале так и было.
В этот момент дверь открылась, в дом вошел Максим с ведром воды, но посмотрел на деда и, ничего не спрашивая, снова убежал на улицу. Влад поднялся, нагреб углей из печи, засыпал зерна в кофейник и, залив их водой, поставил новую порцию напитка готовиться.
— В конгломерат нас бы приняли с легкостью, потому что в Вахаоре заложены основы переходов. Но появилась кучка недовольных в пределах одного из государств, опять же, Нижнего материка, они выступали против слияния с остальными мирами и принялись уничтожать сначала котахиумы, это одиночные камни, а следом спираллиумы. Это найти их порой нелегко и открыть, а избавиться проще простого, да ты и сама знаешь об этом.
Юля кивнула, внимательно слушая мужчину, а тот прохаживался возле печки и, поглядывая на кофейник, то замолкал, то снова начинал говорить.