Я очнулась от голоса монаха Бенедикта.
- Ну что Софья? Нет с тобой больше надежды.
- Нет, прошу тебя.... Не говори...
У меня не было слез, я окаменела.
Он протянул мне на ладони, зелено-черный диск с рунами.
Я хотела что-то ответить, но закашлялась и, задыхаясь, потеряла сознание.
Две недели я не приходила в себя. Дочь моя Софья почти не отходила от меня, монах Бенедикт тоже был рядом, беспрестанно шепча молитвы.
Утром 28 января я открыла глаза.
- Мама...
Дочь потянулась ко мне, но я покачала головой.
- Оставь... Оставь нас.
- Я хочу знать, - я посмотрела на монаха.
Софья погладила мою руку и вышла.
- Говори всё, что знаешь, - повернула голову к монаху.
- Я встретился с Магнусом под стенами Акры, осада шла второй год.
У меня мелькнула надежда, что он перепутал его с кем-то.
- Ландграф заболел, и решил вернуться домой, - погасил он её тут же.
- Мы плыли на одном корабле, он умер Софья[6,7]. Уповай на Господа нашего.
- Где его могила, - голос прозвучал глухо.
- Море, его могила...
Я молчала, монах постоял немного и вышел.
Мир вокруг больше не существовал, он покрылся густым туманом...
Сколько так молча пролежала не знаю, очнулась я от вихрем забежавшей в мои покои внучки.
- Бабушка, бабушка...
Это вбежала маленькая Софья.
- Ты так долго спала, а я пела тебе песенку. Ту что ты меня научила... Там где люли -люли.
Я смотрела на внучку и с трудом сдерживала слёзы.
- А давай вместе споем, люли...
У меня защемило в груди, а в горле застрял горький ком. Еле слышно, превозмогая душащие меня слезы, словно с каждым словом отрывая от сердца кусочек плоти, я запела:
[1] Бриндизи - город и морской порт в итальянском регионе Апулия, административный центр одноимённой провинции. Входил в те времена в Сицилийское королевство, и именно в Бриндизи для многих крестоносцев начинался морской путь в Святую землю.
[2] Тир, сейчас сельское поселение в Ливане. Поблизости развалины древнейшего города. Город известен с 17 века до н.э под властью египетских фараонов. Археологические свидетельства указывают на то, что в Тире уже к середине второго тысячелетия до нашей эры было налажено промышленное производство редкого и необычайно дорогого сорта фиолетового красителя, известного как тирский пурпур, который славился своей красотой и светостойкостью.
7 июля 1124 года, после Первого крестового похода, Тир был последним городом, взятым христианскими воинами – франкской армией на побережье и флотом Венецианского крестового похода со стороны моря– после пяти с половиной месяцев осады.
Во времена Софьи, Тир стал одним из важнейших городов-портов Иерусалимского королевства, поскольку открыл Великий шелковый путь в Западные королевства. В соборе Тира короновались иерусалимские короли.
Когда император Священной Римской Империи Фридрих I, также известный как Фридрих Барбаросса, утонул в 1190 году в Малой Азии( Турция), возглавляя армию в Третьем крестовом походе, его кости, как сообщается, были захоронены в кафедральном соборе Тира.
В 1291 году Тир был разрушен мусульманами-мамлюками, он погиб и уже никогда не был заново отстроен. Поселение, возникшее на его месте, напоминало древний Тир не больше, чем, скажем, город Сиэттл или Владивосток.
