– Молодцы вы, девочки. – Мэри вздохнула. – Прости меня, Франсин. И ты Глеб тоже. Кто старое помянет – тому глаз вон. Не стоит мой муженёк, того, чтобы на несчастной девчонке отыгрываться. Франсин, я понимаю, что мы не можем быть друзьями. Но ради Даниеля, я тоже готова на многое. Забудем сегодняшний "офисный инцидент". Рон отчитался, что?
– Даниель по-своему понял слово "вечно". – Бренда выпила свой бокал залпом и сама налила себе следующий. – Он теперь не хочет общаться ни с кем, потому что верит – мы никуда не денемся.
Софочка всплеснула руками, а Мэри задумчиво потёрла губы.
– Да, мисс Бельская… Работы на два фронта вам предстоит много… Корпорация оставляет за вами ту квартиру. Можете и здесь жить, раз хозяев дома это устраивает. В любом случае, вам некуда больше идти.
– Что? – Софи обмерла.
– Глеб? – голос миссис Чёрнсын снова зазвучал строго и холодно.
– Там был пожар, – объяснил тот, не поднимая глаз. – Ваша мать, отчим, оба брата погибли.
Потеряв сознание, Бельская просто упала на стол.
Рон появился неслышно, поднял её на руки.
– Пойди, – обратилась Мэри к Франсин. – Приведи её в чувство и посиди с ней.
Когда они остались вдвоём с Орловым, женщина холодно обратилась к компаньону своего мужа. – Зачем ты это сделал?
– Я не хотел, чтобы вы могли шантажировать Софочку, угрожая сделать что-либо её любимым людям, – спокойно ответил он, по-прежнему попивая кофе, и не дотрагиваясь до бренди.
– A не потому ли, что хочешь, чтобы она была рядом всё время?
– Вы всегда были умной женщиной, – бывший Роджер Сатани процитировал самого себя .
* * * * *
Софочка Бельская уехала на похороны.
Хотя Бренду уже ''разоблачили'', а скорее всего именно из-за этого, Софи ничуть не удивилась нежеланию той ехать тоже. Бельской приставили одну из служанок, польку, круглую, как колобок, и ласковую, как мама-кошка.
Ах, Джина бы узнала свою горничную с Острова Чёрнсына!
* * * * *
Они так и не могли придумать, что делать с Даниелем.
Пока решили оставить его расписание без изменений и заставлять его проводить с другими детьми в детском садике хотя бы эти злополучные три часа.
Впрочем, как положительный момент – Даниель ''переехал'' из "лягушатника" в основной бассейн, и даже играл и с Энн и с маленьким Марком без сор и проблем.
Франсин всё равно не решалась приходить в бассейн, но Рон каждый раз приносил видеозапись, и женщина радовалась хотя бы этому.
А в быту сын игнорировал её. И это было ужасно.
Единственным утешением для Франсин служило то, что и к Мэри он относился примерно так же.
Детский психолог объяснял им что-то насчёт такого проявления крайней формы любви, но обе женщины никак не могли примириться с этим.
Вот и сейчас – Даниель, как всегда перед садиком, сидел на дворике, давя муравьёв.
Они обсуждали возможность уничтожить муравейник, но боялись, что это будет для мальчика шоком.
Вдруг маленький Марк, сын Мэри, возник между ними.
Франсин медленно поднялась.
– Батик! – Даниель радостно потянулся к младшему мальчику. А тот сидел, улыбаясь – в точности "классический" ангелочек, даже не с иконы, а с какой-то слащавой открытки.
– Марк говорит – ты ревнуешь. – произнёс Даниель, глядя на мать. – Что такое ''ревнуешь''?
Она не успела ответить.
Маленький Марк зашипел, начал дёргаться, сопротивляясь невидимой человеческим глазом, силе; цепочка на его шее тянулась в сторону.
Он вдруг заплакал, как обычный ребёнок, и кофточка его лопнула, разорвалась в клочья, освобождая крылышки, совершенно, как у сокола.
Даниель тоже завопил, и, обхватив друг друга, мальчики исчезли.
Потрясённая, Франсин повернулась к Рону.
Но, опять-таки (события разворачивались быстро) Франсин услышала двойной плач.
На площадке возникла Мэри, растрёпанная, с перекошенным лицом, едва удерживая обоих мальчиков.
Рон подбежал, подхватил Даниеля, но не только не смог оторвать детей друг от друга, a попятился, как будто его стукнули.
– Марк сильнее меня!
Чёрнсын и Орлов появились одновременно.
Глеб погрузил Даниеля в сон и передал его Рону.
По-прежнему цепляясь за шею матери, маленький Марк плакал, жалобно хлопая уже обвисающими крылышками.
– Ну, Глебушка! – воскликнули Чёрнсыны одновременно.
Тот только плечами пожал.
– У некоторых тигрольвов вырастают гривы, у других – нет, – объяснил он. – А крылышки Марка означают, что вы, Хозяюшка, всё-таки тоже гибрид. Самцы тигрольвов всегда стерильны, в то время как самки – нет. Так же и ангелолюди. Поэтому вам так легко далось владение Светлой Энергией.
– Отлично! – саркастически отозвалась Мэри. – И что нам теперь делать?
– Ну, придется одевать специальный блокирующий жилет, пока он не научится контролировать этот процесс.
– А вот ты лучше скажи, что нам делать с его телепортационными побегами? – настаивала Мэри. – Опять он сбежал от нянечки! Мне пришлось уйти с совещания! А я не собираюсь из-за него превращаться в домашнюю клушу – ангельские крылья или куриные – неважно!
– А зря, – холодно возразил Глеб. – Такую участь для женщин сам Бог установил.
