— Если Чюрклунду нужен врач, пусть врач придет в тюрьму.
— А если я скажу, что речь об особых процедурах, которые нельзя обеспечить в тюрьме?..
— Тогда я отвечу, что ты врешь.
— Я могу достать медицинскую справку, — не сдавался Йона.
— Достань. Но в следующий вторник я возбуждаю дело.
— Я обжалую решение.
— Он сражался до последнего, — улыбнулась Сара и пошла дальше.
Йона сидел на одной из задних скамеек в церкви Адольфа-Фредрика. На хорах девочки репетировали перед концертом. Хормейстер задал тональность, и девочки запели
На Йону накатили воспоминания о долгих светлых ночах в Наттавааре после смерти Суумы.
Сквозь сводчатые окна церкви падал солнечный свет, затушеванный тенью листвы и красками витражей.
Чуть погодя руководитель объявил перерыв, девочки достали телефоны, стали сбиваться группками, сновать, болтая, между скамьями.
Дверь притвора открылась и тихо закрылась. Церковный староста поднял глаза от книги и снова продолжил читать.
Вошла Марго с двумя увесистыми целлофановыми пакетами в руках. Пакеты стукнулись о скамью, когда Марго тяжело села рядом с Йоной. Живот ее так вырос, что упирался в полочку для книги псалмов.
— Мне чертовски жаль, — прошептала Марго. — Я знаю, ты не поверишь, но взгляни на это.
Она со вздохом поставила один пакет на колени и достала анализ отпечатков пальцев. Йона быстро прочитал сравнение разных параметров, сам внимательно изучил детали первого уровня и увидел сходство в разветвлении линий и узоре.
Речь шла о трех четких отпечатках пальцев. Совпадение с отпечатками Эрика Марии Барка было стопроцентным.
— Где обнаружили отпечатки? — спросил Йона.
— На головке фарфоровой косули, которая была в руке у Сусанны Керн.
Йона обвел взглядом церковь. Хор снова собирался, руководитель хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание девочек.
— Ты интересовался доказательствами, — продолжала Марго. — Отпечатки пальцев — это доказательство, верно?
— В юридическом смысле, — тихо сказал Йона.
— Обыск продолжается. Мы нашли серийного убийцу.
— Правда?
Марго переложила пакет с материалами предварительного расследования Йоне на колени.
— Честное слово, я хотела верить тебе, верить в существование проповедника, — сказала она, откинулась назад и тяжело вздохнула.
— Вот и верь.
— Ты встречался с Роки, я устроила, чтобы ты мог допросить его. — В голосе Марго послышалось раздражение. — Ты утверждал, именно это требуется, чтобы найти «грязного проповедника».
— Он больше ничего не вспомнил.
— Потому что нечего вспоминать, — отрезала Марго.
Хор запел снова, голоса девочек наполнили всю церковь.
Марго попыталась сесть поудобнее, перекинула косу через плечо.
— Вы проследили за Эриком до Смоланда, — заметил Йона.
— Полицейские штурмом взяли чартерный автобус и обнаружили телефон в щели между сиденьями.
— Какая жалость, — сухо сказал Йона.
— До сих пор он не допустил ни одной осечки, скрывается, как профессионал. Как будто ему дает советы человек, который знает толк в этом деле.
— Согласен.
— Он тебе не звонил? — спросила Марго.
— Нет, — коротко ответил Йона.
Он посмотрел на второй пакет, который так и стоял на полу между ними.
— Это мой пистолет?
— Именно. — Марго подвинула к нему пакет ногой.
— Спасибо, — сказал Йона и заглянул в пакет.
— Если ты продолжаешь искать проповедника, напоминаю, что ты действуешь не по моему заданию. — Марго принялась боком вылезать из ряда скамеек. — Ты не получал от меня материалы, и мы здесь не встречались. Понял?
— Я найду убийцу, — тихо сказал Йона.
— Отлично. Но мы больше не сможем контактировать…
Йона под скамейкой достал пистолет, положил магазин на колени, оттянул спусковую скобу назад, быстро проверил механику, пружину рычага и ударник, поставил оружие на предохранитель и вернул магазин на место.
— Кому сейчас нужен «Кольт комбат»? — усомнилась Марго. — У меня бы спина разболелась через неделю.
Вместо ответа Йона сунул пистолет в наплечную кобуру, а дополнительные магазины — в карман куртки.
— Когда ты решишься осознать, что Эрик может быть виновен? — с досадой спросила Марго.
— Вот увидишь, я прав. — И Йона с леденящим спокойствием встретил ее взгляд.
Нелли сидела за компьютером и печатала. Ее лицо с безупречным макияжем было замкнутым и сосредоточенным, светлые волосы мягко рассыпались по плечам. На ней были бежевая замшевая юбка и облегающая водолазка с люрексом.
Когда Йона вошел и поздоровался, Нелли не ответила; она просто встала, подошла к открытому окну и сорвала с куста темно-красную розу.
— Прошу, — сказала она, подавая цветок Йоне. — В знак моей горячей признательности за блестяще проведенную полицейскую операцию…
— Я понимаю, что вы…
— Погодите, — оборвала она. — Я должна сорвать еще один цветок.
Она высунулась в окно, сорвала второй цветок и тоже подала Йоне.
— А это — для всей шведской полиции… Браво… Пожалуй, я выйду и оберу весь куст… если, конечно, вы откроете багажник своей машины, то…
— Нелли, я тоже знаю, что полиция ошибается, — сказал Йона.
