– Они не просили помощи. Мы сами пришли помочь. Так, как мы считаем правильным. И я знаю, вы все готовы за это умереть, но почему за это должны умирать они? Повторюсь: они не должны умирать ради нас.
Мы втроём стояли в тишине. Никто не решался сказать что-то ещё. Киллуа всё это время смотрел только на своего командира.
С виной в глазах.
– Я ведь не… я правда хочу… но такой шанс…
– Кил… – положил ему руку на плечо Дилинк. – Всё нормально.
Сколько лет они знакомы? Оба Старшие маги, значит, минимум полтысячи. Дружба, скреплённая множеством боёв длинной в полутысячелетие.
В пору начать завидовать, но я рад.
Просто рад за них.
– Я согласен с тобой, Влад. Вот только в одном ты ошибаешься: как бы они не были счастливы под дурманом Гроникула здесь, в Храме они будут ещё счастливее. Я это тебе обещаю.
– Знаю. Поэтому я здесь.
Вот только что нам с этим делать? Как их спасти?
– Извините… я не отвлекаю?
Чуть не подпрыгнул от неожиданности. Умеют же зверолюды неслышно подкрадываться.
– Чего тебе, Зол?
Золдин? Если у них Лекари проявляют такие таланты скрытности, не представляю, насколько бесшумны разведчики.
– Мы умервщлили всех Магзверей, кроме оговоренных заранее, – указал он своим лечебным посохом на группу стоящих в стороне от остальных повозок.
– Зачем было их вести, если в итоге почти всех зарезали? – задал резонный вопрос Киллуа, быстро отошедший от своего эмоционального раздрая.
– Гроникулу бы об этом доложили. А он должен был до последнего верить, что мы представляем угрозу ферме или его бойцам в этом лесу. Дополнительный повод прийти сюда лично.
– Мы бы никогда не стали причинять вред нашим схваченным собратьям. А по поводу его бойцов: я всё ещё считаю, что стоило Магзверей на них спустить.
– Во-первых, у нас не было времени придумать и реализовать такой способ освобождения Магзверей, чтобы они в первую очередь не закусили нами. А во-вторых, в лишних жертвах нет смысла.
– Для нас они не лишние.
– Никто из них никогда не причинял вреда никому из ваших собратьев. К ним применялось насилие лишь один раз: самое гадкое и мерзкое из всех возможных. И тот, кто это сделал, стоит перед нами, а не бегает сейчас по лесу.
– Я тебя понял, – поднял руки, сдаваясь, Киллуа.
– Что сделано – то сделано, – подытожил этот разговор Дилинк. – Меня сейчас интересует, как спасти наших собратьев. Даже если мы все Силы бросим на основное войско, нам не успеть. Их просто перережут. У меня никогда не было подобного опыта, я не знаю, что в таких ситуациях можно сделать.
– У меня опыт с заложниками был, но вряд ли он здесь пригодится, – задумался я, на автомате произнеся эти слова.
Перережут? Думаю, нет. Я видел прямо за спинами заложников Фастона. С такого расстояния даже на микстуре Зоркости Нити Сознания мне не разглядеть, но уверен, они там есть. И зная Фастона, он возьмёт казнь на себя. Остальные вмешиваться не будут.
Что делать?
А если…
– У меня есть идея. Но вряд ли мы сможем спасти всех.
– Говори. А мы попробуем её доработать.
– Хорошо. Но предупреждаю сразу: она вам не понравится.
***
– Вижу движение.
– Я тоже. Зашевелились.
Неужели, Гроникул прав, и нас ждёт прямое столкновение двух войск?
Я достал из кармана небольшой шар – Мощь Голоса.
– Приготовились! Ждём нападения врага. Построение первое.
Мой голос, усиленный артефактом, распространился на многие сотни метров. Уверен, Влад и его войско тоже его услышали. Пусть знают, что мы готовы.
Стоящий рядом Гроникул поморщился.
Прямо повторить захотелось.
– Это… интересно, – прошептал он, уставившись на выходящих из леса врагов.
Интересно? Это странно! Как?!
Этого я понять не мог, но одно было ясно – началось.
––
Я переодевался в свой импровизированный, собранный вручную доспех. Надеюсь, он поможет ослабить урон от Молний. Надеюсь, что моя гипотеза о его расположенности, основанная только на нескольких промелькнувших между пальцев Гроникула разрядов, окажется правдивой.
Иначе всё закончится грустно.
– Что это у тебя? Шрамы? – спросил стоящий неподалёку Киллуа.
– Да. Заполучил их после… – машинально опустил я глаза.
Шрамов не было. Были лишь тонкие светлые полоски на коже, напоминавшие о когда-то глубоких ранениях.
– Вот что значит Сильнейшее заклинание, – прошептал я.
Настоящая магия. Надеюсь, она мне и сейчас поможет.
Всё. Готово. Экипирока завершена. Теперь осталось только занять свою позицию и можно начинать самую сложную, зависящую только от моего внутреннего настроя часть плана.
Внутренний настрой. С ним, как всегда, всё сложно.
– У Дилинка кого-то похитили? Из семьи или родных?
– С чего ты взял? – спросил Киллуа.
– Он очень лично воспринимает рабство.
– А я по-твоему нет?
– Ты понял, о чём я.
– … Никого у него не похищали, – нехотя ответил лисолюд.
– Тогда в чём дело?
– Дело в том, что семь сотен лет назад Гештония ещё не оправилась после поражения от Карсиции, и в то время рождённых на фермах Разумных зверолюдов отправляли не только в Храм Мудрости, но и в Храм Гордости.
Ясно. Значит, он сам… никогда не видевший свою мать, и знающий, что избежал такой же участи только потому, что родился с волчьими ушами и хвостом.
