Поднимаясь по лестнице, Малькольм размышлял, что с ней будет, если сердце так и не начнет биться. Умрет ли она? Ведь она бессмертна. Но разве может остаться без последствий? Странно это все. Еще этот граф со своими вопросами.
– А почему у Марты такие глаза? А почему она ходит в штанах? А вы с ней спите вместе? – трещал в ушах голос Тома.
«Да за одну мысль об этом тебе бы голову оторвать! Сопляк. И откуда у него столько вопросов?» Мужчина дошел до заветной двери. Комната Марты располагалась дальше всех по коридору, она не любила соседей. Малькольм кашлянул и трижды стукнул в дверь.
– Марта? – позвал он. За дверью послышался легкий шорох, она не ответила. – Марта, открой, нужно поговорить. От меня тебе незачем таиться.
Раздался приглушенный стон. Малькольм насторожился.
– Марта? Я сейчас выбью дверь, если ты не откроешь. Ты знаешь, я так и сделаю, – с нарастающей тревогой сказал охотник.
Досчитав до пяти, он ворвался в комнату, сорвав дверь с петель.
– Еще шаг и я убью ее! – прошептал Чиро, приставив нож к спящей Марте. – Ни звука. Разбудишь ее – и она умрет.
Малькольм замер. В комнате было невыносимо душно, камин горел, в комнате было светло, как днем. Вампир в обители? Как он сюда попал? Марта снова застонала. Лицо ее было искажено болью, она дрожала от холода. Чиро кивнул на меч в руках охотника.
– На пол, медленно, – прошептал он.
– Какого…
– На пол! – он приблизил лезвие к шее девушки.
– Ладно, ладно, кладу на пол, – охотник медленно присел и оставил меч на мягком коврике, не сводя глаз с вампира.
– Молодец. Не шуми.
– Что ты сделал с ней?
– Она в трансе. Ты не поймешь, так нужно. Я контролирую ее сон.
Малькольм поднялся.
– Я прикончу тебя на месте, если ты причинишь ей вред, – угрожающе прошептал он. Огромный охотник, шепчущий угрозы, выглядел смешно. Чиро с трудом сдержал улыбку.
– Как вам будет угодно, – сказал он.
Марта открыла глаза и резко села на кровати. Вампир тут же обхватил ее рукой за плечи и прижал нож к шее. Малькольм не успел поднять меч, теперь он просто стоял в дверях, беспомощно наблюдая.
– Спокойно, – прошептал он, поднимая ладони.
– Какого черта здесь творится? – спросила Марта. – Почему ты шепчешь? Что с моей дверью? Ты что… – она попыталась встать, но Чиро держал ее. Обернувшись через плечо, она раздраженно отбросила его руку с ножом. – А ну-ка убери эту штуку от меня! Спятил что ли?
Чиро улыбнулся и убрал нож.
– Прошу прощения, просто хотел убедиться, что это все еще вы.
– Конечно, я! А кого ты здесь ждал? Вашу ненаглядную Изабеллу? Ну так вот, прости, твой любимый отец ее прикончил. Он уже наверняка дома, иди, встречай! Передай ему от меня, – он размахнулась и влепила Чиро звонкую пощечину. – Надеюсь, больше никого из вас не видеть в своем доме! Пошел прочь, пока я тебя не отдала Малькольму!
Юноша ни на секунду не потерял самообладания. Учтиво поклонившись, он молча удалился. Малькольм выглянул в коридор, спустя несколько секунд, но там уже никого не было. Он с недоумением показал пальцем за плечо и спросил:
– Что это было вообще?
– Тебе какое дело? – огрызнулась Марта, ёжась от холода. Девушка сорвала покрывало с кровати и завернулась в него. Малькольм нахмурился и, подойдя к камину, подбросил еще дров, хотя в комнате было и так слишком душно.
– Я тебе не враг, Марта, – сказал он, подойдя. – Расскажи, что случилось? – здоровяк присел на корточки и посмотрел в ее разгневанные глаза.
– Они использовали меня! Как свинью! Пустили меня на корм! Меня! Я даже не человек! Как можно было меня так унизить?! – кричала она, грозно смотря перед собой.
– Вы чего тут так орете? – спросил сонный Том, заглянув в дверной проем. – Что тут у вас? – он стоял в одной ночной сорочке до колен и тер глаза, пытаясь рассмотреть, что происходит в комнате.
– Пошел вон! – закричала Марта, швырнув в него первое, что попалось под руку. К счастью, это была всего лишь подушка. Малькольм вскочил и выпроводил нерадивого графа.
– Иди, Том. Тебе здесь нечего делать.
– А вы не орите! Люди тут спать пытаются! Больные!
– Иди! – он затолкал его в комнату и запер дверь. – И чтоб до утра я тебя здесь не видел!
– Тюремщики! – проворчал Томас, возвращаясь в кровать.
Охотник вернулся в комнату Марты, захватив подушку. Девушка лежала на кровати, свернувшись клубочком, изредка вздрагивала и тихо всхлипывала. Он тяжело вздохнул.
– Прости за дверь. Я все исправлю.
– Уйди!
– Уже ухожу, – он аккуратно положил ее подушку на краешек кровати и вышел, приставив дверь на место. – Чертовы вампиры, – прошептал он. Осмотревшись, он сел на каменный пол, вытянув ноги. Меч он положил на колени, твердо вознамерившись просидеть у ее комнаты весь остаток ночи.
Марта чувствовала себя униженной. Ее предали, растоптали, использовали. Те, кому она доверилась. Было стыдно и больно, невыносимо больно. Она злилась на себя за все: за глупую наивность, за слабость, за дурацкие слезы. Злилась на Диего за то, что он играет с ней, как с маленькой девочкой, играет на ее чувствах. Злилась на Чиро за его подлость. Вся эта лютая обида выливалась слезами. Никогда еще ей не было так мучительно больно.
