Сохрани Страну Чудес полностью

Элис открыла дверь, вышла в тамбур. Огляделась и шагнула наружу. Звук её шагов отразился от сводов и запутался в колонах. К запаху дёгтя здесь примешивался запах резины и чего-то ещё, незнакомого.

Он стоял на вершине лестницы, которая начиналась в конце зала. Тёмная фигура заслоняла свет, идущий сзади, и от этого казалась зловещей и торжественной. Элис вздрогнула, остановилась, затем медленно пошла вперёд. Человек поднял руку и стал спускаться по ступеням. Звуки шагов в большом зале были похожи на то, что у Элис было сейчас внутри. Большое пространство, заполненное страхом, как эхом, и одна чёткая линия — вперёд, как эти чёткие шаги.

Когда между ними оставалось пять шагов, они оба остановились. Одно мгновение тишины...

 – Привет, – вдруг легко сказал он, и страх исчез.

 – Крис. – Она назвала его по имени. В одной книге она читала, что имя даёт власть. Если это правда, то теперь, скованный именем, он не может причинить ей вред. – Крис, я пришла.

 – Я вижу, – его лица не было видно против света, но она поняла, что он улыбнулся. – Пойдём. Нам обоим надо многое узнать.

Крис повернулся в сторону света, и половина его лица проявилась из темноты. Элис без страха подошла к нему.

 – Ты увидишь то, что видели немногие. Сохрани это в тайне.

Элис кивнула. Она шла рядом, на полшага позади, вдоль длинного ряда железных колонн.

Они поднялись по лестнице и оказались в круглом помещении, из которого начинались три коридора. Центральный, самый широкий, быстро упирался в лестницу, точнее, сразу три параллельные чёрные лестницы, уходящие далеко вверх. Боковые коридоры впереди постепенно наполнялись темнотой. Крис свернул в левый, и Элис последовала за ним. Теперь свет был у них за спиной, и длинные тени от двух фигур протянулись вперёд. Стены коридора были покрыты железными плитками, похожими на рыбью чешую. Некоторые плитки осыпались, и в прорехи была видна пыльная каменная поверхность.

Крис остановился и подошёл к стене. За одной из плиток, казалось, ничем не отличимой от остальных, оказалось квадратное отверстие. Он вставил в него ключ и повернул. Часть стены подалась вперёд и оказалась дверью, за которой было абсолютно темно.

Дверь закрылась, отрезав последние остатки жёлтого света. Элис ощутила на лице слабый ток прохладного воздуха. В руке Криса загорелся фонарь, и Элис различила переплетения ржавых труб и перекладины вертикальной лестницы. Крис уже поднимался где-то над ней, свет мелькал, отбрасывая фантастические тени.

Они пробирались по гулким настилам, узким коридорам и лестницам, и, наконец, оказались перед низкой железной дверью. Повинуясь движению Криса, она сдвинулась в сторону. Яркий солнечный свет полыхнул через щель, заставив Элис зажмуриться. Когда она открыла глаза, то увидела человеческую фигуру, стоящую в солнечном сиянии...

Это была Шейла, она неподвижно стояла в центре комнаты, глядя прямо на Элис живыми глазами. Элис ничего не успела подумать, она уже привыкла, что явь, сон и сказка так странно перемешаны, что может произойти всё, что угодно. Она шагнула вперёд, и в этот момент заметила, как изменились тени, как странная ваза, стоящая позади Шейлы, теперь сместилась за неё, но всё же осталась видна... Это был образ. Чудесный, почти реальный... но всё же прозрачный.

Элис обернулась. Крис смотрел на неё, словно проверяя её реакцию. Зачем? Что это значит теперь, когда Шейла мертва, и он знает об этом. Элис отвернулась. Все предметы в комнате искрились солнечным светом, он исходил из круглого отверстия в потолке, как в библиотеке барона, но теперь Элис знала, что они находятся глубоко под землёй. Крис проследил за её взглядом.

 – Зеркальная труба, ведёт на поверхность.

Свет чуть потускнел, словно набежало облако, и образ Шейлы стал бледнее. Элис подумала, что не может определить тот момент, когда поняла, что совсем не знает её. Может быть, в тот самый год, когда она умерла, Элис остро осознала, что Шейла совсем не такая, как все селяне, другая, чужая. И она сама, Элис тоже принадлежит скрытому миру матери, но ещё не знает об этом.

 – Крис, расскажи мне про Шейлу.

            Он отодвинул часть стены и достал из ниши два тонких бокала. В закрученной стеклянной раковине — прозрачная жидкость. Элис протянула за ней руку, опустилась на мягкую тумбу у стены и приготовилась слушать.

            – Она была легендой... Когда я был совсем маленьким, мы жили в городе. Не в этом, в другом. Но таком же. Мы прятались в развалинах, несколько семей, оставшихся от Невидимого Братства. Когда-то Братство удерживало весь Восточный Домен. Но потом, с исчезновением нашего барона, Братство пришло в упадок, и мы скрывались от наступающей Чёрной Цепи, которая контролировала уже почти весь город. Мы скрывались по подземельям, а люди Чёрной Цепи регулярно прочёсывали развалины.