– Саша, ты еще и двух месяцев с нами не живешь, ты очень многого не знаешь. И в первую очередь – фларов. Они умные, хитрые и обходительные, легко втираются в доверие, но действуют всегда только в своих интересах. Пойми, мне нравится Адалар, но я не могу ему полностью доверять. По крайней мере пока.
– Отличная команда подобралась – никто никому не доверяет, каждый сам за себя, – язвительно заметила Саша. – Да у нас все шансы на успех!
– Почему никто никому? – Тея недоуменно моргнула. – Я тебе доверяю полностью.
Гнев Саши мгновенно схлынул, и она смущенно пробормотала:
– И на том спасибо.
Рано утром тридцать первого августа, в день Проявления, весь небольшой отряд, отправляющийся в экспедицию, а также те, кто пришел его проводить, собрались в просторном холле среднего яруса перед массивными дверями из черного дерева с изображением четырехконечной звезды. Саша, бледная и невыспавшаяся, стояла рядом с мамой и отчаянно зевала.
Все снаряжение экспедиции, запасы провизии и воды были собраны в ящики и баулы и теперь висели в воздухе примерно в полуметре от пола.
– Воздушная подушка, – пояснила мама, заметив удивление на Сашином лице. – Ронги уже давно используют при переносе тяжестей, это очень удобно.
Для личных вещей Тед накануне раздал всем небольшие рюкзаки с крепкими лямками из коры дерева шийоху, а также почти невесомые самонаполняющиеся фляги.
В толпе знакомых и незнакомых лиц Саша заметила Советника Ториена. Она перехватила его взгляд и беззвучно прошептала «Спасибо». Уголки губ Ториена чуть дрогнули, и он слегка наклонил голову. Иорн, конечно же, тоже был здесь и, плотно сжав тонкие губы, следил за всем, что происходило в зале, больше чем всегда напоминая затаившуюся змею.
Адалар стоял неподалеку, как всегда невозмутимый, окруженный шумной компанией фларов во главе с Ленаром. Наира вместе с отцом о чем-то беседовали с доктором Усмой, и Саша в очередной раз почувствовала легкий укол зависти: даже в скромных дорожных брюках и толстовке, с гладко зачесанными волосами та выглядела безупречно. Сама Саша с утра с большим трудом смогла привести свои волосы хоть в какое-то подобие порядка, в результате чего зубцов в расческе значительно поубавилось. Тею Саша сегодня еще не видела, зато Болуса Эсмолу не заметить было невозможно – он, словно монумент, возвышался над толпой охотников. Там же, чуть нахмурившись, стоял Ливентайл.
Мама осторожно сжала ее плечо, и Саша оглянулась.
– Пообещай мне, что все время будешь рядом с Тедом. – Ромина смотрела на нее полными тревоги глазами.
– Обещаю, – совершенно искренне кивнула Саша.
– И будешь делать то, что он скажет.
– Конечно.
– Ты сможешь через него передавать мне сообщения.
Ромина закусила губу, чтобы не заплакать:
– И, пожалуйста, будь осторожна.
– Мам, не волнуйся. Все будет хорошо. – Саша крепко ее обняла.
В этот момент из гудящей толпы вынырнула Тея.
– Доброе утро, – звонко поздоровалась она, на лице ее, как обычно, сияла улыбка. – Саша, идем. Вилиор зовет.
Она схватила подругу за руку и потянула вперед так быстро, что Саша едва успела взять свой рюкзак. Вилиор стоял прямо перед черными дверями и ждал, пока подойдут все участники экспедиции. Тея протолкнула Сашу к самой двери.
– Зал Тенгелий, мои дорогие друзья, – негромко произнес Вилиор, положив руку на одну из закрытых створок и обращаясь в основном к Саше и Хранителям. – Его название в переводе с древнего языка означает «связь миров». Все вы знаете, что пятнадцать лет назад этот зал был практически полностью разрушен, а ось равновесия Тей-Ри – тонкая нить, соединявшая Тайнерад с четырьмя Территориями – уничтожена. Наши замечательные зодчие сделали все, чтобы восстановить Тенгелий, но без Тей-Ри вновь настроить переходы в Территории оказалось невозможно. Тенгелий запечатали на долгие годы. Но сегодня я рад снова открыть его двери. Добро пожаловать!
Он толкнул тяжелые створки, и те медленно, будто нехотя, растворились. Каждый раз, когда Саша открывала для себя одно из невероятных чудес Тайнерада, ей казалось, что теперь ее уже будет невозможно удивить, и каждый раз Тайнерад заставлял ее вновь и вновь замирать от восхищения и ощущения нереальности происходящего. Вот и сегодня, войдя в зал, она едва сдержала изумленный возглас.
Тенгелий был погружен в полумрак. Очертания зала терялись в густой темноте, отчего казалось, что он вовсе не имеет ни стен, ни потолка. Единственным источником света в нем было большое озеро идеальной круглой формы, вода в котором тяжело покачивалась, медленно меняя цвет от серебристого до угольно-серого и обратно. Прямо в центре над водой возвышалось необычное сооружение – на круглом постаменте застыли четыре арки из белоснежного камня высотой около пяти метров. Их колонны и полукруглые своды украшал причудливый орнамент и надписи на древнем языке. Но пройти сквозь арки было невозможно – пространство внутри оказалось замуровано.
Вилиор остановился напротив той ниши, над сводом которой был высечен знак Земли.
– Вот, здесь когда-то был переход в Эсфирию, – все так же негромко сказал он.
