- И, как видишь, мне это на руку, - рассмеялся он, и с лёгкой паникой, едва заметной в эмоциях, огляделся по сторонам. Мужчина словно искал людей, что их преследуют, но Окане, смотревшая на всё со стороны, была уверена - у Мастера не более чем простая паранойя. Они довольно быстро дошли до телепорта, через мгновение оказавшись на знакомой банной улице. До вечера людей здесь почти не было: кто же посещает баню в рабочее время? Обычно искупаться, создавая столпотворение, приходят именно после тяжёлого дня. Окане была рада тому, что сейчас именно день, и на улице толком никого не было. Мастер опустил спутницу обратно на землю, и они неспешно пошли к бабушке Желейне. По пути, устланом не привычной землей или «мощёнкой», но крупными округлыми камнями, Окане прежде всего окидывала любопытным взглядом здания, что ещё не отворили двери для посетителей: в отличие от других улиц, среди них не было высотных каменных, железных и стеклянных зданий; все домики как один были деревянными и с узкими окнами, из которых просачивался пар. На крышах же их стояли массивные трубы, дым из которых валил большими серыми клубами. В баньке бабушки Желейны двери были открыты нараспашку, и лишь свисающие куски ткани, на которых было написано название, прикрывали вход. Мастер завёл Окане внутрь.
- Желейна! - крикнул он с порога.
Бабушку Окане услышала почти сразу, ведь та, кряхтя и поливая Мастера руганью, выбежала из женской части бани.
- Чего разорался в такую рань? - пригрозила она кулаком.
Желейна была одета в привычную для неё длинную синюю юбку и белую рубаху, рукава которой были засучены - видимо, старушка активно прибиралась.
- Помыться к тебе пришли, - усмехнулся Мастер.
- Ну ладно, раз уж пришли, - хмуро окинув их взглядом, сжалилась бабушка, чуть мягче добавив. - Окане, милая, ты хорошеешь день ото дня!
- Спасибо, - засмущалась девочка.
- Вот жаба, - буркнул себе под нос Мастер.
Старуха пропустила его слова мимо ушей: возможно, потому что отчасти это было правдой.
- Оканочка, пойдём, я помогу тебе помыться, - Желейна повела девочку в помещение, из которого недавно вышла сама, напоследок кинув Мастеру. - А ты большой, сам разберёшься.
- Да, да, - махнул рукой учитель, уходя в соседнее помещение.
Окане быстро нашла свободную ячейку с корзинкой и сложила туда вещи. Бабушка дала ей чистое полотенце, и вместе они пошли к душу. Пока Желейна втирала ей в волосы шампунь из трав, приговаривая, что теперь-то они быстро отрастут до самой земли, Окане задала вопрос:
- Бабушка Желейна, а как давно ты знаешь Мастера?
- Да я его с пелёнок его знаю. Вот этими руками когда-то младенцем его и купала. Знала бы, в кого вырастет - утопила бы… Вот прям в той речке и утопила бы! Всё равно, зараза, тяжёлый был. Грубиян неблагодарный, - пыхтела и возмущалась старушка. - Ты, главное, пример с него не бери.
Окане на секунду попыталась прикинуть, сколько же тогда Желейне лет, но и предположить это число ей было сложно.
- И он всегда был грубым? - спросила Окане, пока старушка окатывала её водой из ведра.
- Да если бы… Испортился лет сто назад, после переворота в городе. А что, он груб с тобой? - спросила она, намывая спину и руки.
- Нет, вовсе нет! - Окане честно никогда не считала Мастера грубым - скорее нелюдимым.
- Да… - подозрительно протянула старуха. - Окане, а шрам-то у тебя откуда тогда?
Было видно, что старушка готова хоть прямо сейчас побежать и расправиться с Мастером.
- Первый неудачный опыт с магией, - честно ответила ей Окане, стараясь при этом улыбаться. - Уже не болит. Правда.
- Ну смотри, и, если что, всегда беги ко мне: я-то на него управу найду, - заверила бабушка Желейна.
После она помогла Окане смыть мыло и оставила ту наслаждаться горячей водой в бассейне. Девочка смотрела на белый, украшенный русалками и ракушками потолок, но думала не о сказочных мирах, а о полумифическом для неё Мастере. Полумифическом оттого, что, в сущности, она знала о его жизни не так уж и много: ему точно больше ста лет, был он ещё при основании города… Однако коль уж Мастер стоял у самых его истоков, то и должно быть посвящено ему куда больше, тогда как в книгах по истории творец артефактов был фактически обезличен. Тогда вполне возможно, что их, творцов артефактов, было больше, и, возможно, Мастер тоже у кого-то учился, а, значит, однажды Окане тоже займёт его место, трудясь на благо города… Город же её даже не вспомнит, сделав очередной обезличенной строчкой в книгах по истории.
