— Если будем работать этой ночью и завтра, должны успеть доделать ульи, и ты сможешь утром отправиться в Харатон.
Магод посмотрел на серую цитадель.
— Я могу оставить бочку ее светлости и вернуться сюда?
— Не хочешь пересекаться с графиней и королем?
— Ага.
Гетен рассмеялся и склонился над ящиком.
— Думаю, хорошо, что мы далеко от замка, — буркнул Магод.
Гетен посмотрел на садовника.
— Почему?
Магод перестал скрести, вытащил из кармана зеленую тряпку и вытер пот с лица, посмотрел на полуденное солнце.
— Ревность Таксина опасна, господин. Даже маркграфиня сказала избегать его.
— Тебе или мне?
Магод постучал по своей груди, но сказал:
— Какая разница?
Гетен скривился.
— Слушайся ее совета.
— Зависть не приносит добра.
— Ревность Таксина подавлена его верностью.
— Уверены?
— Нет, — Гетен продолжил скрести. — Потому тебе лучше быть тут, а не в Харатоне. Из-за короля в замке стало напряженно. Лучше не быть заметной мишенью, когда капитан вернется из Сокоса.
— Верно.
Они закончили чистить и сортировать рамки, Гетен опустил ведро в колодец и поднял воду для мытья. Убрать прополис со скребков и ладоней было сложно. Они помылись, и он посмотрел на хмурого садовника.
— Чего ты такой мрачный?
— Ничего, — но Магод нахмурился сильнее.
— Ага, как же. Я тебя знаю всю твою жизнь. Тебя что-то тревожит.
Магод отклонился, глядя на цитадель перед ним.
— Хочу свободы.
— У тебя больше свободы, чем у меня.
Магод кивнул.
— Но я не свободен.
Гетен оглядел двор. Курицы шуршали, осел и козы дремали на солнце, лениво покачивая хвостами, волки ушли в тень. Он пожал плечами.
— Если тебя это так беспокоит, я тебя отпущу. Но, надеюсь, ты останешься приглядывать за Ранитом. По крайней мере, пока я не найду замену, если ты хочешь оставить службу мне.
Магод уставился на него.
— Шутите?
Гетен покачал головой, убирая прополис из-под ногтей.
— Нет.
Магод перевел взгляд с господина на лес.
— Не ожидал этого.
Гетен рассмеялся.
— Я хотел отпустить тебя после трудностей зимой, но медлил, когда ты начал тренировки.
Магод задумался, а потом улыбнулся.
— Спасибо, господин, кхм, господин Гетен.
Гетен хлопнул его по спине.
— Тебя ждет нечто великое, Магод. Я всегда это знал.
Магод посмотрел на инструменты, которые почистил.
— Но с пчелами было весело.
Гетен фыркнул.
— Они проще женщин и политики.
Магод усмехнулся.
— Да.
Глава 5
Замок Харатон не спал, в нем царил хаос уборки, приготовлений еды и стройки из-за новости о скором прибытии короля. Четыре дня спустя Галина смотрела на просторный главный зал. Стулья и столы скрипели по серо-голубой плитке пола. Слуги чистили железные люстры и подсвечники. Они расстелили скатерти на столах, натерли тарелки, кубки и утварь. Они выбили пыль, скопившуюся за год в гобеленах и коврах. Слуги вымыли окна внутри и снаружи, другие смели пепел из белых каминов. Кухня работала без остановки, в замке пахло хлебов, жареным мясом, рагу и супами.
Каменщики грузили деревянные балки шириной с бедро Галины на опущенную платформу. Кадок заметил ее и стал кричать приказы рабочим:
— Не перегружайте платформу, — и. — Распределите вес, идиоты, там еще есть место!
Она нахмурилась. Стройка была для нее тайной, и она не спрашивала его о методах, но не стоило оскорблять тех, кто работал на него.
— Осторожно!
— Ай! Я там уже помыла!
— Всюду будет грязь, идиот!
Галина повернулась от протестов. Солдат шел мимо слуг, моющих полы на четвереньках. Он оставлял грязные следы и сбил ведро в спешке. Несколько слуг промокли и ругались.
— Ваша светлость, — позвал юноша, спеша к ней. Он остановился, поклонился быстро и сказал. — Мне приказали сразу же найти вас.
Она посмотрела мимо него.
— Это значит и без уважения, Умнирис?
Смятение исказило его лицо, он проследил за ее взглядом и смутился.
— Простите, — крикнул он слугам. Они намекнули жестами, что его извинение запоздало.
Галина поджала губы.
— Что ты хотел мне так рассказать, что разозлил слуг?
— Знамена Короля-медведя были замечены в долине Валмериан утром.
Она кивнула.
— Я так и ожидала.
Он напрягся и добавил:
— Белый олень Налвики рядом с черным медведем, маркграфиня. И черная полоска кронпринца Валдрама виднеется на оранжевых знаменах Налвики.
— Налвика? — Галина перестала ощущать ладони и лицо. Она глубоко вдохнула и сглотнула горечь. — Почему этот противный Валдрам с моим отцом? — она схватила юношу за сине-золотую накидку. — Ты уверен насчет полоски?
Он сглотнул.
— Да, ваша светлость.
Она оттолкнула его и выругалась. Ее правая щека и уголок глаза дергались.
— Найди Юджина и скажи ему, чтобы он присоединился ко мне в Погодной башне. Сейчас.
— Хорошо, ваша светлость, — Умнирис замер возле слуг, снова извинился, но в него запустили мокрой тряпкой.
— Кровь Семел, — Галина прошла по восточному дворику, где каменщики месили бетон. Она скользнула в узкий проход к лестнице Погодной башни. Ей нужен был воздух. Ей нужно было прогнать онемение из-за грядущей встречи с кронпринцем Валдрамом.
Ей нужно было увидеть темную башню цитадели Ранит.
Почему она отослала Гетена? Она хотела, чтобы он был с ней, а не в Раните с Магодом.
