Максим дернулся. Напрасно, надо было действовать раньше, пока не спутали, пока не привязали к пальме. Ударил бы! Одного, другого, третьего! Это ничего, что у них оружие — тут главное неожиданность. Убежали бы в камыши — ловите! Ну почему, почему он не поступил так? Расслабился. Обрадовался — ну наконец-то встретили своих. Вот вам и свои. Нет, конечно, свои, но… Но они-то для этих своих — чужие! Враги, что и говорить.
— Позовите жреца или старшего командира! — выкрикнул юноша. — Им я скажу все.
— А, так вы все-таки решили признаться?! Воистину, вы поступите мудро.
— Так зови же скорей!
— Нет! Сначала ваши слова услышу я. Что толку отвлекать начальников пустопорожними разговорами? Ну, говори же! Иначе твою девчонку мы сейчас…
— Мятежники близко! — дернувшись, в отчаянии закричал Макс. — Очень близко. Рядом. И скоро нападут.
— Это мы и без вас знаем, затем тут и поставлены. Что это за знак? — Десятник повертел в руках отобранного при обыске сокола. — Тайный пароль к сообщникам в нашем войске?
Ага! Точно! И у девчонки на спине — такой же. Вы хорошо подготовились…
Сокол! Волшебный сокол! Не может простолюдин долго держать его в руках…
И точно — десятник вдруг ахнул, задул на ладони, и выпавший из рук амулет полетел наземь, блеснул… И Макс вдруг почувствовал великую силу… Да, сокол давал силу и власть! Знать бы еще заклинания… Но увы… Похоже, сейчас надеяться можно было только на себя. И все же…
— Да, это тайный знак. В шестом десятке есть наш человек, зовут его… ммм… зовут его Ах-маси пен-Анхаб!
— Что?! — Десятник удивленно ощерился. — Что ты сказал, нечестивец?
— Ах-маси пен-Анхаб — наш человек, — глядя ему в глаза, твердо повторил юноша. — Дай мне амулет, я покажу, что с ним делать.
— Что ж, попробуй… — Один из воинов быстро поднял сокола… и тут же выронил — настолько амулет был горяч для простолюдина.
— Развяжите его, — быстро приказал десятник. — Да смотрите в оба!
Ах, наконец-то…
Макс не стал выжидать: апперкот в печень десятнику… Ага — застонал, скрючился… Некогда на тебя смотреть. Тут же — секунды — хук слева ближайшему воину… Справа — другому… свинг в переносицу — третьему.
Четвертый схватился за копье. Эх, не успеть развязать Тейю! Ничего… Сейчас отвлечем…
Быстро нагнувшись, Максим поднял с земли сокола и швырнул его в лицо воину. Копье дернулось… Юноша нырнул вниз… Удар! В челюсть! И…
И свист стрелы!
Она впилась рядом в землю… И тут же — вторая, третья.
— Стой, где стоишь! Подними руки, лазутчик!
О, Амон, какой знакомый голос! Неужели это… Неужели это… Неужели…
Макс быстро обернулся:
— Ах-маси! Тезка!
— Господин, он только что обвинил тебя в предательстве! — подал голос пришедший в себя десятник. — Он очень опасен! Вели поскорее связать его и пытать!
— Да, я Ах-маси… О, великие боги!!!
Черные глаза анхабца расширились, сначала удивленно… а затем в них вспыхнула радость.
— Повелитель! — Парень упал на колени. — Неужели боги услышали нас?
— Встань, поднимись, друг мой! Дай же обнять тебя!
— О, великий…
— И вели поскорей развязать мою супругу.
— Кто осмелился ее связать?!
Основное войско под командованием военачальника Пасера выступило с утра, еще до восхода, намереваясь к полудню разбить врагов, сконцентрировавшихся в районе Змеиного плоскогорья — именно так оно и называлось. Как ни пытались Максим и Тейя сохранить инкогнито, а все ж не сумели — слухи о царственной чете распространились довольно быстро, и было не очень понятно, что явилось тому причиной — острые глаза воинов или длинные языки командиров.
Ну, узнали так узнали — в конце концов, чем плохо-то? Сам живой бог ведет свое войско к победе — что еще может больше воодушевить воинов?!
— Войска мятежников собрались вот здесь, — на привале военачальник Пасер чертил на песке схему. — Сразу у плоскогорья. Мы появимся там внезапно, вот по этому проходу, и клянусь Амоном…
— Стой! — Макса словно что-то ударило в голову. Какая-то мысль… Какая? О, боги… помогите ее ухватить!
Юноша внимательно посмотрел на схему: плоскогорье, река, ущелье… ущелье… да-да… а над ним нависают скалы… а на скалах… что на скалах? Вот именно — что? Огромные каменные блоки — вот что! Нет, мятежники вовсе не собирались строить среди змей храм или крепость! О, нет — столкнуть глыбищи на войско Уасета — вот их основная идея!
— Пасер, кто проводил разведку?
— У нас есть глаза и уши в стане сетиу!
— Эти глаза и уши навязывают вам свои мысли! И это — мысли предателей! Немедленно остановить войско — впереди ловушка! Прямо вот в этом ущелье нам на голову обрушатся камни!
— Но господин. Там неоткуда взяться камням!
— Есть откуда.
Максим ненадолго задумался и решительно взмахнул рукой:
— Пусть первые ряды пехоты постепенно идут к ущелью… медленно-медленно… Ты присмотришь за этим, Пасер!
— Слушаюсь и повинуюсь, мой господин!
— Я же поведу остальных в обход. Начальника колесниц сюда!
— Я здесь, повелитель. Только прикажи — и мы размолотим врагов в пыль!
— О, верный Секенрасенеб! Вперед же, и пусть воины колесниц знают — путь труден и каменист.
