- Даже так? – вновь затягиваюсь я, чтобы уже через секунду выпустить дым сквозь сжавшиеся зубы. Она. Коломбина. В моем клубе и не одна. Почему-то принятие этого, не касающегося меня никаким боком факта, неожиданно перехватывает горло. Сжимает кадык вместе с рукой парня, внезапно скользнувшей под наброшенную на плечи девчонки куртку. – Смотря в каких местах гнусь, Стас. Не везде и не всегда, ты меня знаешь.
- А то, Витек! – соглашается друг, не представляя на ком сосредоточенно мое внимание. - Конечно, знаю, - уверенно отвечает, - потому и взялся парней с тобой свести. За свой интерес ты шкуру спустишь, не спорю, ну так по справедливости же! У Сани после победы были проблемы с полицией. Два дня в кутузке просидел, и никто ничего не затер. Вардан бабки срубил и ушел в сторону. Лом сам права и байк возвращал, а договор, меж тем, был другой и куда серьезнее. Да и трасса за вами с Люком в раскладе Черехинская, новая, а это совсем другое бабло и другой уровень, ребята понимают... Опять же, менты у Большого Босса сам знаешь в каком кулаке сидят.
- Интересно…
- Ну, так что, Витек, - обращается ко мне Стас, а я наблюдаю, как Коломбина, прильнув к груди высокого темноволосого парня, что-то шепчет ему в лицо, подняв голову. – Общаемся по делу или как? Может, хочешь после поговорить? Смотри, каких девчонок парни с собой привезли. Дадим им прежде, как следует оттянуться?
- Успеется, - отвечаю и вижу, как бровь Стаса напряженно ползет вверх от грубой хрипоты, непривычно проступившей в моем голосе. – Позже о деле, а вот познакомиться можно и сейчас. Давай, Фролов, сюда своего Лома! Посмотрим, что за человек. Может быть, и состыкуемся в вопросе… Эй, малыш! – оглядываюсь в сторону знакомых девчонок, остановившихся у стены клуба всего в нескольких шагах, с интересом поглядывающих в нашу сторону, и, заставив себя улыбнуться, подзываю на выбор любую. – Не согреешь теплом одинокого и свободного?
***
- Приехали, Закорючка! Ты там жива?
Я размыкаю пальцы, сомкнувшиеся под грудью Мишки, отрываю голову в шлеме от твердой спины и наконец полной грудью набираю в легкие воздух.
- Чертов Медвед! Ты меня обманул! – не сдерживаю обиды, как только парень останавливает мотоцикл, глушит мотор и невежливо толкает меня, впившуюся в него пиявкой, локтем под бок. – Чтобы я еще когда-нибудь в своей жизни сошла с ума и повелась на твои уговоры обкатать колеса… Да никогда, Медведев, не бывать этому! Ветер на плечах, говоришь? – возмущенно цежу сквозь зубы, хлопая друга от злости ладонью по плечу, сползая каракатицей с задранного седла. – Да ты сначала в поворот входить научись, мазила! Чуть не сбросил нас к лешим в кювет! Лиль, ну ты хоть не молчи! - оглядываюсь на присмиревшую подругу, в свою очередь молча сползающую с синей «Ямахи». – Гонки они устроили на оживленной трассе! А на пассажиров плевать?
Еременко молчит, видимо, переживая первые в жизни эмоции от езды на гоночном мотоцикле, приглаживает ладонью торчащие дыбом волосы, зато довольный собой Ромыч усмехается за двоих:
- Это спортбайк, подруга! Он предполагает скорость. Боишься скорости – сиди дома, пеки пироги. Не все девчонки такие трусихи, как ты!
Меня так и подмывает встряхнуть умника, что вслед за Ломом задавал скорость проезда, за грудки и напомнить, кто был на его мотоцикле в шлеме, а кто без.
- Давай пересядем на четыре колеса и посмотрим, умник, кто из нас двоих «трусиха». Я не боюсь скорости. Я не понимаю глупой балансировки на грани, тем более с незащищенным пассажиром за спиной.
Я жду ответа, но за Ромыча отзывается Саня Лом. Единственный из всей тройки мотоциклистов уверенно державшийся на дороге, и вслед за другом оглядывается на меня с усмешкой.
- Балансировка на грани – наше все в этой жизни, детка. Не трудно было и догадаться, при взгляде на нас. Жаль, что ты не поняла этого раньше. С виду ты кажешься куда сообразительнее, чем есть на самом деле. - Он поднимает бровь и пожимает плечами, оставляя слова застыть обвинением в воздухе, но верный Мишка тут же вступается за меня.
- Осторожно, Саня! Не буди в моей подруге зверя. Поверь бывалому другу, она сообразительнее, чем ты можешь себе даже представить, и куда сильнее, чем кажется. Если хочешь уехать отсюда невредимым, лучше не зли эту девчонку. Ее разворотом плеч не впечатлить.
«Это точно!» - хочется сказать мне, я привыкла отвечать за себя сама, и уже цежу сквозь зубы, не проникнувшись смазливой физиономией парня и недоверчивым прищуром глаз.
- Понты – вот ваше все в этой жизни, и пиковый кураж! Ты когда выжимал сто сорок, смекалистый, вспомнил о том, что она без защиты? – киваю на Настю, вперившую в парня влюбленный взгляд. – Когда лихо лавировал между машинами, вспомнил? Нужен драйв – вперед, лихач себе на здоровье, но один. Незачем однажды оказаться тем самым придурком, кто лишит ее жизни.
- Ого! – присвистывает Лом, отпуская растерянный смешок, виновато оглядываясь на девушку у своего плеча. – Медведь, кажется, ты был прав.
