Но вот он вторгается с армией на территорию России, начинается Отечественная война 1812 года. Какова была в ней позиция русского дворянства? Всем известно: оно грудью встало на защиту страны. Преклонение — преклонением, но когда твой кумир становится врагом твоей родины, о личных чувствах нужно забыть. Вот так же и афинская аристократия. Не переставая уважать Спарту и спартанцев, она мужественно шла сражаться с ними и гибла на полях битв. Как говорится, «на войне как на войне». Случаи коллаборационизма с противником были буквально единичными. Наиболее известный пример такого рода связан с Алкивиадом; но там ситуация осложнялась тем, что злого политика и полководца в Афинах заочно приговорили к смертной казни, и пути на родину ему не было.
Но что же Сократ? Изменилась ли его жизнь после начала вооруженного конфликта со спартанцами? Да, разумеется. Правда, повезло ему уже в том, что страшная эпидемия первых военных лет его никак не коснулась. Позднеантичный автор утверждает даже, что якобы, «когда Афины охватила чума, он (Сократ. —
Однако в целом большая война не могла не повлиять самым непосредственным образом на жизнь каждого афинянина, и «босоногий мудрец», конечно, не был исключением. Продолжать привычную жизнь домоседа, не покидающего родной город, теперь уже не было никакой возможности. На протяжении более чем десятилетия военные действия шли ежегодно, причем были крупномасштабными. Воевать приходилось и на море, и на суше. Афинскому государству требовалась значительно большая армия, нежели в обычное мирное время. А армии древнегреческих полисов, как прекрасно известно, представляли собой ополчения граждан. Теперь в такое ополчение приходилось призывать не только молодежь, как бывало в более спокойной обстановке, но и людей старшего возраста. Неоднократно подпадал под призыв и Сократ, которому в первый период Пелопоннесской войны было между сорока и пятьюдесятью годами.
Служил он, как мы знаем, в рядах гоплитов (тяжеловооруженных пехотинцев) и несколько раз в их числе участвовал в походах и битвах. В источниках в связи с биографией Сократа упоминаются три кампании. «…Он участвовал в походе под Амфиполь, а в битве при Делии спас жизнь Ксенофонту, подхватив его. когда тот упал с коня. Среди повального бегства афинян он отступал, не смешиваясь с ними, и спокойно оборачивался, готовый отразить любое нападение. Воевал он и при Потидее (поход был морской, потому что пеший путь закрыла война); это там. говорят, он простоял, не шевельнувшись, целую ночь, и это там он получил награду за доблесть, но уступил ее Алкивиаду»
Сведений о других случаях участия Сократа в военных действиях античные авторы не дают. Приходилось ли ему воевать раньше? В принципе, это вполне возможно и даже вероятно. Афиняне и до начала Пелопоннесской войны редкий год не выступали в какой-нибудь поход. А ведь и Сократ когда-то был молодым, у молодого же человека, естественно, было гораздо больше шансов оказаться в составе войска. Но не будем гадать, коль скоро никакой информации в нашем распоряжении нет. Сосредоточимся на тех трех эпизодах, о которых мы знаем твердо. Кстати говоря, данные о них у Диогена Лаэртского — автора позднего, из числа тех, которых порой и заподазривают в недостоверности, — вполне совпадают с упоминанием более кратким, но зато содержащимся в таком надежном источнике, как защитительная речь Сократа на суде в пересказе Платона:
Поскольку выше была приведена краткая сводка основных событий первого периода Пелопоннесской войны, читатель может легко заметить: кампании с участием Сократа перечислены Диогеном Лаэртским не в правильном хронологическом порядке. Впрочем, первым по времени действительно был поход к Потидее. Осада этого города началась еще до официального объявления Спартой войны Афинам, в 432 году до н. э.
В одном из ранних сократических диалогов Платона — «Хармиде» — действие развертывается непосредственно после того, как Сократ возвратился из этого похода. Сочинение (в нем рассказ ведется от имени самого Сократа) начинается именно с этого:
«Вернулся я вчера вечером из лагеря под Потидеей, и так как я долго отсутствовал, то с радостью пошел к привычным местам бесед… Херефонт с присущей ему восторженностью, вырвавшись вперед, подбежал ко мне и, схватив за руку воскликнул: «Сократ мой, так ты уцелел в битве?!» (В самом деде, незадолго до моего отбытия из Потидеи там произошла битва, о которой собравшиеся здесь узнали лишь недавно.) А я ему в ответ: «Как видишь, уцелел».
