Увидев глаза стремительно идущего к нему с топором сводного брата, Азамурт вскочил на ноги и страшным голосом прокричал изо всех сил, указывая рукой на посла: «Убить!» Анмару, стоящему у двери с луком в руке, посол закрывал вождя гуртов. Оставалось еще два-три шага до Азамурта, когда от чьего-то быстрого меча отлетела в сторону голова посла. Это открыло Анмару Азамурта по плечи. Показалось даже, что вождь гуртов успел не только облегченно вздохнуть, но и улыбнуться, увидев, что его сводный брат стал ростом на голову меньше его. Но не успело тело обезглавленного посла рухнуть на землю, как в притирку с отрубленной шеей просвистела стрела, пущенная сильной рукой охотника Анмара. Пронзенный в горло, Азамурт рухнул одновременно с послом.
Анмар и три охотника бежали вместе с дико орущей толпой гуртов, которые суматошно бегали по лагерю, выискивая неизвестно кого, ибо никто не успел увидеть и обратить внимание на тех, с кем пришел посол. Но Анмар с товарищами знали, куда они бегут: к лесу, который начинался за повозками гуртов, окружавших кругом находящийся в центре лагеря шатер Азамурта.
Они уже были почти у цели, когда Анмара словно поразила молния. На плече пробегавшего мимо гурта он заметил шкуру медведя, которую он узнал бы среди тысяч таких же медвежьих шкур. Анмар бросился за гуртом и потерял своих спутников. Это его не беспокоило. Он знал, где они будут ждать его крика ночной совы. Вопли отчаяния и бестолковая беготня стали утихать. Приближенные Азамурта решали, что им теперь делать, когда убиты оба вождя, а последний наследник неизвестно где и неизвестно, куда исчезла его мать, в шатре которой нашли тело одного из личных охранников Азамурта с раздробленной головой.