– Она хотела игрушечный пистолет и яблочную шарлотку, – произносит фиксер, и лицо мертвеца перед ним превращается в металлическую маску с чертами Ингрид Амато.
Но Райнер не чувствует удивления или страха. Только абсолютную гармонию и честность происходящего.
Фиксер здесь, чтобы рассказать историю. Отправить свой сигнал.
И история продолжает звучать.
Однако следуя ровно той же логике, я могу точно тебе сказать: Сигнал никогда не поймет, что такое сокровища бродяг. Он может разглядеть логику наших историй, разложить их на атомы и метафоры, трансформировать, исказить и интерпретировать.
Но не сможет почувствовать их ценность.
Они останутся сокровищами только для нас – и ни для кого другого.
– Знаешь, это тавтология. Яблочная шарлотка. Настоящая шарлотка – она всегда яблочная. Мы могли бы поспорить о природе настоящего на расстоянии нескольких сотен световых лет от Земли, но этот разговор никуда не ведет. Я начну рассуждать о том, что мир стал для нас слишком фальшивым или мы всегда были слишком фальшивыми для него. Только ты никогда так не считала, а я давно уже нашел в себе достаточно принятия, чтобы не думать об этом.
Сигнал слушает. И в его молчании нет ни отчаяния, ни страха, ни одиночества – ни одного паттерна, который в глубине души все еще надеялся заметить Пол Райнер…
– Ты достаешь горячий пирог из фабрикатора, садишься напротив меня и говоришь…
– Если мы гнались за чем-то настоящим, то выбрали странный маршрут, – разносится громом по помещению имитация голоса Ингрид Амато.
В руках мертвой куклы из гниющего мяса и нанитов появляется покрытый металлической рябью утилитарного тумана треугольник, символизирующий кусок шарлотки…
– Все, что я чувствовал и чувствую – настоящее. И не становится менее настоящим, сколько бы я ни спал…
Пол Райнер ускоряется. Таймер в его голове с каждым словом начинает тикать все громче…
– Первые несколько пробуждений ты балансируешь на границе безумия. Уже не можешь отследить правнуков людей, которых помнишь – но продолжаешь кувыркаться в водовороте информации. Будто ищешь доказательства собственного существования. Начинаешь думать, что тебе не повезло оказаться в той зоне психопатического спектра, где в тебе достаточно человечности для этих терзаний.
Пол сует руку в карман комбинезона и нащупывает холодный корпус электрической зажигалки.
– Взгляни с другой стороны. Тебе повезло не уснуть навсегда. Никому не нужен на корабле фиксер из красной категории…
Сигнал оставляет кусок шарлотки из нанитов висеть в воздухе перед лицом фиксера. В чернеющих пальцах его марионетки вырастает тонкий продолговатый цилиндр, символизирующий розовую свечку Ингрид Амато.
– А еще можно праздновать День рождения каждый раз, когда открываешь глаза…
Седьмое когнитивное ядро «Фукуды» запускает форсированный режим работы двигателя и включает максимально допустимое ускорение.
«Анимус» выпускает георазведывательные зонды, и они уходят в заведомо проигранную погоню. Через несколько секунд «Фукуда» покидает их зону досягаемости и исчезает в черноте космоса, чтобы выйти в точку запланированного гиперпрыжка.
Сигнал срывает маску Ингрид с мертвого лица марионетки. Утилитарный туман огрызается гудящим воздухом и мечется по комнате, но не понимает, где искать угрозу.
В космосе фиксер использовал лишь один баллон скафандра. Второй он перезаправил сжатым водородом. И газ медленно продолжает просачиваться в замкнутое пространство технического отсека, превращая комнату во взрывное устройство.
Достаточно одной искры. Кислород в комнате начнет гореть. Его смесь с водородом сдетонирует и разрушит герметичность труб системы жизнеобеспечения. А дальше цистерны сжатого кислорода взорвутся. За этим последует нарушение целостности корабля и сбой в охлаждении реактора…
– Знаешь, вечный сон – звучит не так уж и плохо.
Пол Райнер улыбается и сжимает цилиндр электрической зажигалки.
Мы проспим тысячу лет. Мы пройдем тысячу снов.
И я очень хочу верить, что однажды мы проснемся в мире, где мы нужны. Но невзирая ни на что, наши сокровища останутся с нами, где бы мы ни открыли глаза. И в любой точке твоего пути сквозь время, я всегда буду ждать тебя на пороге этой пляжной кофейни.
Чтобы сесть рядом на теплый песок и смотреть на бесконечное море.
Ингрид Амато просыпается в криокапсуле с маркировкой SA340172.
– Если ты меня слышишь, подумай о красном.
