Словно молнией высветило для Эдика потемки Танькиной души. Так вот, где началась ее ненависть. Наверное, еще в той первой встрече он сам же посеял первые семена. Танька первой обратилась к нему с вопросом. Он ей понравился, и девчонка попыталась познакомиться под наиболее удобным предлогом — вякнула что-то об иконе и коллекции. Эдик и клюнул — только не Таньку, а на коллекцию. Возможно, и продавать ее дуреха согласилась только из-за растущей симпатии к Эдику. Да нет, не только. Тут все вместе переплелось, и симпатии, и желание денег. Жизнь — это сложная штука, и трудно порой увидеть ту основную подпорку, на которой выросло потом все хитросплетение событий и поступков. Тем более потом Иван еще влез. Наверно, Танька решила плюнуть на Эдика. Но душу не обмануть. С Иваном никак дело не пошло, а если и шло иногда в скверике, то обязательно в присутствии Эдика. Возможно, она сознательно уже тогда начала ему мстить за невнимание. Этими своими воплями. Или подсознательно. Но рано или поздно ненависть стала осознанной. Чем больше преуспевал Эдик, тем больше злобствовала Танька. Кляузы принялась писать. Хитрая, так и не попалась. А когда он загремел в тюрягу, вообще пыталась добить. Вот это Танька. Настоящий танк.
Эдик настолько ошандарашился своим открытием, что перестал замечать бомжа Леху, и тот эдак ненавязчиво, по-свойски, и незаметно выклянчил у олигарха несколько тысяч долларов. Раз спросил — Эдик чисто механически отстегнул. Потом еще что-то придумал — еще и получил. И еще. А потом так и смазал. Исчез, как и не было, оставив Эдика одного.
Мировоззрение Эдика вновь обрело цельность. Это он виноват. Он обманул ее надежды. Он негодяй и мерзавец. Но он вовсе не негодяй и не мерзавец. У него были и свои планы. Если разобраться, во всем виновата российская культура. К несчастью, вымирающая вместе со страной. Или к счастью? Будь Танька не такой скромной и скрытной, как и положено настоящей россиянке, она бы его просто снесла. При такой силе чувства она бы просто смяла бедного, доверчивого Эдика, смяла, скомкала и положила в карман. Теперь он устоит. Ну и Танька… пожалуй, она справится даже с котом. Надо исправлять свои ошибки. Кажется он нашел подходящего кандидата на место «мамы» в своей новой семье. Но уговорить Таньку будет не просто.
Нет, битва с Танькой еще не окончена. Он устоял, но еще не победил. Танька бьется, сама того не сознавая, за старую российскую семью… которая вымирает вместе с культурой и страной… Он, Эдуард Поспелов, создает новую семью, дитя новой российской культуры, остатком которой он и является, такой вот наглый. Если разобраться, российская семья — это скрытая форма матриархата. Своеобразный культ семьи, он вымирает. Наверное, Пузырев был прав, и монголами, которые прибыли строить Русь, и впрямь командовали ихние монголки, сидя позади своих мужиков в седлах коней. На смену ей приходит новая семья, где люди просто верят друг другу. Таньке понравится в такой новой семье. Непривычно, но понравится. Вот только бы уговорить эту дуру…
Эдуард Максимович Поспелов в новеньком смокинге смотрелся на фоне пиджаков на кремлевском приеме, смотрелся самым культурным. Вручение наград происходило в торжественной обстановке, в Оружейной Палате, красавец зал, весь уляпанный и ушлепанный художественными и историческими раритетами огромной ценности. И картины, и оружие, и все прочее, что можно загнать на мировом рынке по бешенным ценам. У Эдика глаза разгорелись, и руки зачесались — так нестерпимо захотелось отреставрировать эту самую Оружейную Палату. И прочее в окрестностях, до кучи. Весь кремль. Звезды его рубиновые давно пора почистить. Эдик так размечтался, что как-то отвлекся от торжественной церемонии, и только упоминание родного до слез слова «культура» в речуге премьер-министра России заставила его навострить уши и повернуть голову.
— …за огромные заслуги в деле спасения российских культурных ценностей, за беспримерные усилия по созданию новой российской культуры, а также в связи с неоценимым вкладом в этих областях, Правительство и Президент России награждают директора Российского музея господина Поспелова Эдуарда Максимовича Орденом Андрея Первозванного!
Счастье вспыхнуло в сердце Эдика. Наконец-то народ оценил его труды. Он вышел из своего кресла, сделал несколько шагов, и вот он, его звездный час! Свершилось! Сам Президент России, сердечно улыбаясь, вручил ему в открытой сафьяновой коробочке утыканный бриллиантами золотой Крест. Ну, и удостоверение к нему. И руку еще пожал, и крепко-крепко. Наверное, по чекистской привычке. Эдика немного удивил, казалось, искренний блеск интереса в глазах главы государства, и вроде бы недежурные, негромкие слова:
— Обязательно поговорим с вами, Эдуард Максимович.
