- я с удовольствием отправила бы этого несносного мальчишку с вами в вашу деревню. Но я являюсь его официальным опекуном, и он должен жить вместе со мной и ходить в ту школу в которой он учится сейчас. Это предусмотрено органом опеки и попечительства и отдать вам ребенка, чтобы вы его увезли я не могу. - Я не стал углубляться в этот вопрос вспомнив о своих новых документах, предъявив которые, я даже не смогу доказать, что я являюсь дядей. Простившись с Валерией, остаться она естественно мне не предложила, я отправился искать гостиницу. Село было не большое. Местные жили в двухэтажных, ободранных, с разбитыми в подъездах дверями домах. Они были расположены в центре села вместе с бывшим зданием конторы, наследие колхоза, который когда-то здесь был. Остальное пространство вокруг села составляли вновь построенные особняки. Как мне рассказали аборигены приняв меня по наряду за своего. Гостиница и больница, куда мне нужно было идти завтра находились в поселке в десяти километрах от села. Сняв непритязательный номер, который показался просто сараем после люксов за границей. Я не стал привередничать, помылся холодной водой и улегся спать. Утром купив коньяк и фруктов отправился в больницу. Главный врач спрятав коньяк в шкафчик сказал, что Андрей практически здоров его можно выписать хоть сегодня, из лекарств они дают только успокоительные. Я попросил подержать его в больнице еще дня два, а сегодня отпустить часа на три на кладбище. В палате, где он лежал было три мальчика. Я сразу узнал его,
-здравствуй Андрей. - Он молча посмотрел на меня и повернулся к стенке. Мальчик, который сидел у окна произнес
- он не будет с вами разговаривать, он ни с кем не говорит. - Я попросил принести его одежду.
- Ты можешь не разговаривать со мной, но показать на кладбище, где могила твоей матери и моей сестры и твоего отца ты должен. - Он молча оделся и поехал со мной. Мы купили два больших букета роз, подойдя к могилам я поздоровался и перекрестился. Попросил прощения, что не приехал на похороны. Молча постоял вспоминая Веру и Петра, было холодно и пронзительно тоскливо. Я шел по кладбищу и не замечал, как по щекам текут слезы. Только тут на кладбище я до конца ощутил, что я никогда больше ее не увижу, я потерял свою сестру навсегда. По дороге туда и обратно Андрей не сказал ни слова. То, что Андрея надо забирать не вызывало никаких сомнений, но куда. Если снять квартиру, деньги на первое время у меня были, а там что-нибудь придумаем. В этот раз Валерия была более любезна и пустила меня в дом сразу.
- Вы должны мне быть благодарны, я вытащу вас из вашей деревни. У моей знакомой в конце этого поселка есть загородный дом, зимой она здесь не живет, да и летом появляется редко. Она естественно боится, что дом без охраны растащат. С мужем она разошлась, отец умер, брат никакой. Платить много она не может и будет платить всего пять тысяч рублей. Но в вашем случае не это главное. У нее на участке есть времянка, в которой жили строители, когда строили дом. Вы с Андреем можете посилиться там, естественно без прописки ну, а какую ни будь работу грузчиком найдете. Хоть на что-то вы способны. Я конечно не верю, что вы справитесь с этим зверенышем, определю его тогда в спецшколу. Хоть какое-то время не будет мне мозолить глаза. Сейчас за домом приглядывает сосед, вот его номер дома. Он вам все покажет и отдаст ключи. -Участок и в самом деле находился в самом конце коттеджного поселка, за которым начинался сплошной лес. Сосед, оказавшийся пожилым пенсионером, обрадовался, что с него снимают ответственность за чужой дом.
