Андрей очнулся в палате, ну что они все лезут и лезут в его жизнь, ну кто их просил вытаскивать его. Он поймал на себе взгляд двух мальчиков, лежащих вместе с ним в палате, сейчас эти полезут с вопросами, кто, да что, да как. Надоели, все надоели. Он отвернулся к стенке и снова вспомнил маму. Когда он болел всегда ласковая, она становилась еще нежнее и заботливее. Он вспомнил, как она не отходила от него целые сутки, когда он сильно простыл и лежал с высокой температурой. Он очень любил папу, но сильнее всего он скучал и ему не хватало мамы. У него уже не осталось слез плакать от того, что их нет. Его жизнь такая счастливая, радостная, окруженная заботой и любовью в один миг превратилась в злобную и враждебную, наполненную ненавистью. С папой было хорошо он был такой сильный, спортивный, красивый в военной форме. Обычно во дворе мальчишки завидовали, что его папа офицер. Он всегда побеждал, когда играл в волейбол, футбол. Но лучше всего он играл в настольный теннис, когда они приходили в дом офицеров никто не мог обыграть его папу. Он и Андрея научил бы, но был очень занят на службе. Пока был жив папа никто из мальчишек не смел задирать Андрея, не то, что сейчас. А как было хорошо, когда они всей семьей отдыхали на море. Папа учил их плавать, а когда сидели загорали ели чурчхелу, кукурузу, чебуреки играли в карты в подкидного дурака и верю не верю. В верю не верю чаще всего оставалась мама и они весело хохотали над ее доверчивостью. Ему, наверное, уже никогда не будет так хорошо, как с ними. Если что-то не так всегда можно было прибежать, прижаться к маме и рассказать о всех своих трудностях, а она пожалеет, поцелует и скажет, как надо сделать или поступить и все становится просто. Вечером все садились за стол. Они с Димкой учили уроки, а мама рядом проверяла тетради и писала книги для учителей. Если не получалась задача маму не трогали бежали к папе. Димка тогда тоже был хороший, это он потом стал таким противным из-за Круэллэ. Тетя Валерия приехала сразу, как только мама с папой разбились. Мама лежала в больнице, а она уже стала носить и одевать мамины вещи, когда я один раз сказал, что это мамины вещи и чужое брать не хорошо. Она два дня кричала, что я неблагодарный мальчишка на которого она пашет день и ночь. Обедали мы в столовой, завтрак и ужин вместе с уборкой и стиркой лежал на соседке тете Дусе, которой Круэлла доплачивала. - Очень немного - жаловалась тетя Дуся соседкам. Тетя Валерия была точной копией Круэллэ такая же тощая, с неизменной длинной дамской сигаретой, с непонятной копной волос на голове и манерой говорить растягивая с подвыванием фразы, ей бы еще метлу и был бы полный комплект. Как выяснилось в дальнейшем характер соответствовал внешности. Взаимная антипатия с «любимой» тетей возникла сразу. Причем Димку, она наоборот за любила. Эта наша порода высокий, стройный чувствуется аристократическая порода, прямо, как мой брат, а этот толстый плебс весь в свою мамашу. Как я была против этого брака. Оформив на нас опекунство она получила в свое распоряжение двухэтажный дом, дачу, машину. Сама она называла себя актрисою и ей действительно иногда давали какие-то роли в рекламе. Заниматься нами ей было некогда, все ее время занимали бесконечные сериалы и обсуждения с подругами по телефону нарядов и последних сплетен бомонда. И когда ее вызвали в школу и сообщили, что мы с братом съехали по всем предметам чуть ли не на двойки она удивилась. Домашние уроки у нас никто не спрашивал, и мы естественно бросили их учить. Она наняла для Димы репетитора, который учил с ним уроки. А мне заявила, что в ПТУ меня возьмут и с такими знаниями. Постепенно и одежда моя претерпела изменения. Решив, что одевать меня в магазине слишком дорого она стала покупать мне вещи в секонд-хенде. Купаться я любил не очень и скоро мой внешний вид оставлял желать лучшего. Спортивной формы у меня не было на физкультуре я сидел на лавочке или блудил по школе. И после школы, как-то получилось, что ребята перестали меня брать в свои команды, хотя мне хотелось поиграть. Учился я хуже всех и постепенно в своем классе становился изгоем. Сидел на задней парте один, учителя меня не спрашивали зная, что я практически ничего не знаю. Мне ставили тройки кто из жалости, кто не хотел со мной возиться поставив двойку. Постепенно в норму вошло сказать мне какую не будь гадость. И лидером был мой братик. Считалось, что тот, кто обзовет меня сильней, сегодня самый юмор ной и самый умный. Он старался больше всех, никто не доставал меня так как он. Постепенно благодаря в первую очередь брату и в школе ко мне стали относиться, как к придурку. Мы ненавидели друг друга, как могли. Круэлла торжествовала, вот она генетика от нее никуда не уйдешь, сын такой дебильный потому что пошел в мамашу. Иногда я ходил в парк там стоял теннисный стол и приходили играть девушки и парни. Я стоял и вспоминал, как хорошо играл папа и на глаза наворачивались слезы. В школе дела становились все хуже. Однажды на перемене брат сказал, что-то сегодня наш дебил очень чистый и весь класс стал кидать в меня грязью. Следующий раз меня просто толкнули в грязь. Чувствуя свою безнаказанность в стае они во главе с моим братцем стали поджидать меня после уроков, чтобы поиздеваться. Чтобы не попадаться им на глаза я стал уходить с последнего урока. Тогда они стали ловить меня перед школой, я стал опаздывать на уроки. Они стали бить меня на переменах. Моей мечтой стало отомстить им. Я представлял себя Арнольдом Шварценеггером со здоровенными мышцами, который раскидывает их как котят или Ван Даммом, который лупит их ногами так, что они не успевают моргнуть глазом. Меня два раза водили к директору пытаясь узнать откуда у меня синяки, я отвечал, что подрался на улице. Я не боялся их мести если скажу правду, я хотел отомстить сам. Девочки в нашем классе были не лучше ребят и им пришла мысль посмеяться надомной так, как это не делал никто. Самой красивой девочкой в нашем классе считалась Марина. Вот она и предложила разыграть эту шутку.
