— Да. Поворот на север вернул бы лайнер обратно в район поисков, — сказал Питт. — А поворачивать на запад к берегу Аргентины им нет никакого резона.
— Они могли отправиться в открытое море.
— И, учитывая трехдневную фору, могут находиться на полпути к Африке, — добавил Джордино.
— Слишком рискованно, — сказал Питт. — Кто бы ни был режиссером этого шоу, у него хватает серого вещества. Направив судно на восток через океан, он бы подверг его риску обнаружения поисковыми самолетами и проходящими судами. Нет, единственная возможность не вызвать никаких подозрений — идти заявленным курсом «Генерала Браво» в Сан-Пабло на Тьерра-дель-Фуэго.
— Но ведь портовые власти наверняка подняли тревогу, когда контейнеровоз не прибыл в порт, — настаивал Джордино.
— Не стоит недооценивать этого парня. На что хочешь спорю, он отправил радиограмму начальнику порта Сан-Пабло о том, что «Генерал Браво» опаздывает из-за какой-либо поломки.
— Хороший ход, — согласился Джордино. — Таким образом, он без труда получил в свое распоряжение сорок восемь часов.
— Ладно, — вмешался Ганн. — Что мы планируем делать дальше? Куда он идет? В районе Магелланова пролива множество необитаемых островков.
— Или, — предположил Джордино, — он мог направиться в Антарктику, где, как он, очевидно, уверен, ни одному нормальному человеку не придет в голову его искать.
— А может быть, — вздохнул Питт, — «Леди Флэмборо» уже бросила якорь в какой-нибудь скрытой от посторонних глаз бухте.
— Мы теперь хотя бы знаем, чего от него можно ждать, — сказал Ганн.
Джордино взглянул на Питта в ожидании ответной реплики, но тот молчал, погруженный в невеселые мысли. Джордино успел изучить привычки своего старого друга лучше, чем свои собственные, и отлично знал, когда его нельзя тревожить.
Питт в это время был далеко от «Саундера». Он находился на мостике «Леди Флэмборо» и старался проникнуть в мысли своего противника, узнать его планы. Задача была не из легких. Человек, не остановившийся перед захватом судна, был серьезным соперником, с такими, пожалуй, Питту еще не приходилось сталкиваться.
— Он знает об этом, — наконец произнес Питт.
— Знает о чем? — не понял Ганн.
— О том, что может быть обнаружен спутником.
— Тогда он понимает, что может бежать, но не может спрятаться.
— Полагаю, он может.
— Хотелось бы знать как.
Питт встал и потянулся:
— Пойду прогуляюсь.
— Ты не ответил на мой вопрос — Ганн не скрывал своего нетерпения.
Балансируя и покачиваясь, чтобы попасть в такт качке, Питт через плечо ухмыльнулся.
— На его месте, — сказал он, — я бы заставил судно исчезнуть во второй раз.
Ганн разинул рот и на какое-то время забыл, что его следует закрыть. Джордино тоже выглядел озадаченным. Но Питт не дал возможности друзьям продолжить расспросы и вышел из кают-компании.
Питт прошел в корму и сбросил трап в «лунную лужу». Он обошел «Дип ровер» и остановился возле рулона пленки, который они подняли со дна. Рулон стоял на торце и был надежно привязан к пиллерсу.
В течение пяти долгих минут Питт не отрываясь смотрел на рулон, потом глубоко вздохнул и похлопал по нему рукой. Интуиция постепенно переросла в уверенность, и глаза Питта задорно заблестели.
Он выдохнул только одно слово, прозвучавшее настолько тихо, что инженер, работавший в нескольких метрах от Питта, ничего не услышат.
— Понял!
Поток информации, касающийся «кризиса Флэмборо» — так окрестили журналисты этот казус, — захлестнул линии связи Пентагона и Государственного департамента.
Поступающая в оперативные центры информация тут же анализировалась, обобщалась и, снабженная рекомендациями, направлялась в Белый дом.
Президент, одетый в слаксы и шерстяной свитер, пошел в зал совещаний и занял место в конце длинного стола. Ознакомившись с ситуацией, он обратился за комментариями к советникам по соответствующим вопросам. Решения он всегда принимал сам, но предварительно выслушивал мнения специалистов, чья работа заключалась в поисках политического консенсуса и которые выполняли решение президента, несмотря на расхождения во взглядах.
Разведывательные сообщения из Египта были плачевными. В стране воцарилась анархия. Причем ситуация ухудшалась с каждым часом. Полиция и военные не вмешивались, а тысячи и тысячи приспешников Ахмеда Язида устраивали забастовки и выступления по всей стране. Единственная хорошая новость заключалась в том, что демонстрации не сопровождались насилием.
Государственный секретарь Дуглас Оутс бегло просмотрел отчет, положенный перед ним на стол.
— Это как раз то, что нам нужно, — пробормотал он.
Президент взглянул на него, ожидая продолжения.
— Мусульманские бунтовщики организовали штурм и захватили главную телевизионную станцию Каира.
— Язид появлялся на экране?
— Пока прячется. — Директор ЦРУ Броган отошел от одного из компьютерных мониторов. — По данным разведки он сидит на своей вилле в окрестностях Александрии и ждет, когда его призовут создавать новое правительство.
— Похоже, ему осталось ждать недолго, — устало вздохнул президент. — Какую позицию занимают израильские министры?
