Лесса XXIIСперва решили босяки, чернь и ее вожак,Что век им горя не видать, что стал богатым всяк,Когда ж остались без гроша, они вскричали так:«Огня, огня!» — ведь зол на всех обманутый дурак.Они солому принесли, сложив костры вокруг,И разом вспыхнул город весь от этих грязных рук,И шел огонь во все концы, сжимая страшный круг.Вот так когда-то сам Камбрэ богатый город сжег[54]И хуже сделать сгоряча, я вам скажу, не мог,За что его бранила мать, а он, себе не друг,Ей чуть пощечину не дал, как бьют в досаде слуг.Вся рать, спасаясь от огня, бежала в дол и лог,Французской знати не пошла ее победа впрок,Ведь все пришлось оставить им, а был там не пустяк.Все, чем богат подлунный мир — и Запад, и Восток! —Вы там смогли бы отыскать, не будь пожар жесток.Собор, что строил мэтр Жерве, уж верно, долгий срок,Внезапно треснул, что каштан, который жар допек,Лишь камни собирай.Лесса XXIIIПо мненью тех, кто там бывал, в Безье был сущий рай,Французы всякого добра нашли там через край,И столько взяли бы с собой, что хоть из рук бросай,Когда б не предводитель слуг, не сброд его босой.Но те Безье сожгли дотла, дома, собор святой,Церковный хор, что мессы пел, и женщин, и детей,Прелатов в ризах дорогих и остальных людей.Бароны пробыли три дня на зелени полей,А на четвертый день по ним пустились силой всейВ поход, и не было препон для их прямых путей.Взлетали стяги и вились подобьем птичьих стай!И вот во вторник, солнца диск едва задел за край,Бароны видят Каркассонн, где злее нет вестей,Чем вести о резне в Безье (вы знаете о ней…).Виконт равнину озирал с высоких галерей,Повсюду видя столько войск, сколь от начала днейНа свете не было и нет. Виконт созвал друзей,Что не уступят никому во время схватки злой.«Сеньоры, сядем, — рек виконт, — на боевых коней,Поедем во поле узнать, чей меч других длинней,Чей крепче рыцарский удар и чей скакун резвей.Побьем французов! Ведь врагов во всей равнине сейМы к ночи сможем разогнать, их разгромив на ней.Удачи трусу нет».
