Строго говоря, Наймире вообще не следовало путешествовать с одним из этих караванов. Но поскольку отец лишил её содержания в рамках очередного хода долголетней шахматной партии под названием «Образумься, вернись домой и выйди замуж», это казалось самым простым способом вернуться в Вальхарию, не слишком зарываясь в свой быстро истощающийся кошелёк...
Строго говоря, Наймире вообще не следовало путешествовать с одним из этих караванов. Но поскольку отец лишил её наследства в рамках очередного хода долголетней шахматной партии под названием «Образумься, вернись домой и выйди замуж», это казалось самым простым способом вернуться в Вальхарию, не слишком зарываясь в свой быстро истощающийся кошелёк.
Это было медленно, неудобно, и её попутчики были из тех людей, которые думали, что даже обычная лакернская колдунья (обличье, под которым она путешествовала) может превратить их в лягушек, но она ожидала чего-то подобного.
Северные банды варваров совсем не входили в число соискателей её бальной книжки. Обоз отправился в путь по Имперскому Тракту, и разбойники, конечно, никогда бы не ОСМЕЛИЛИСЬ.
Первый звоночек того, что этот этап её приключений пошёл совсем не так, как планировалось, прозвенел, когда Наймира высунула голову из кареты, в которой ехала, чтобы обнаружить, что они довольно сильно отклонились от главной дороги по причинам, которые никто не собирался ей объяснять. Однако Наймира не была дурой. На лицо было несколько других странностей, и все они указывали на то, что кто-то хотел избежать встречи с патрулями имперской армии, которые обычно прогуливались по тракту, проверяя, нет ли в повозках контрабанды или бандитов.
Это была не очень утешительная мысль. Ещё менее утешительной была остановка, которую они сделали в сумерках, и тот факт, что один из охранников откровенно внезапно грохнулся замертво со стрелой в горле. Крики, вопли, и кто-то говорит ей: «Если ты можешь сражаться, ведьма, я предлагаю тебе приступить!»
Наймира могла сражаться. Однако она никогда не была в битве, она никогда не сражалась так, как сейчас, когда кругом темно, тут и там полыхают языки пламени, люди мечутся туда-сюда, дым стоит столбом и царит такой хаос, что не отличишь своих от чужих. Кто-то, не более, чем тень в темноте, с очевидной лёгкостью выбил у неё из рук гримуар, а затем нанёс ей второй удар, который выбил воздух из её лёгких, прервал заклятье и сбил с ног.
«Моя книга», – пронеслось у Наймиры в голове, она протянула руку к гримуару… Если бы она просто смогла вооружиться, тогда, конечно…
Она не заметила мгновения, когда получила третий удар.
Наймира проснулась от боли во всём теле и медленно начала осознавать ситуацию. Она в какой-то палатке. Её руки связаны за спиной. Но не верёвкой. На ощупь как кожа. Что-то вокруг её горла – ошейник. Настоящий ошейник! И когда она села, то не сразу поняла, что к нему была прикреплена цепь, соединённая с шестом у Наймиры за спиной. Как будто она какое-то животное в загоне.
Наймира попыталась призвать свою магию и… Ничего не произошло. Вот на этом месте она действительно запаниковала.
– Глупая ведьма, – в тусклом свете Наймира едва смогла разглядеть лицо эльфа. Закованный в броню, свирепый на вид. Покрытый странными татуировками. Он бесстрастно наблюдал, как Наймира боролась в своих оковах. – Айма. Она очнулась.
По его зову откуда-то сбоку в палатку вошла женщина. «Северная ведьма», – предположила Наймира, потому что у этой Аймы был посох. «Дикая колдунья, полуобученное, жалкое существо, подчиняющееся прихотям и несправедливым милостям любого Стража или бандита, контролирующего местную территорию, не лучше рабыни». Однако ведьма не походила на угнетённое существо из имперских сказок. Она носила вместо плаща жутковатую меховую шкуру. Наймира никогда ничего подобного не видела, но предположила, что такое может быть в моде на этом проклятом варварском севере.
– Успокойся, – сказала ведьма Наймире и сделала шаг вперёд. В свободной руке её оказалась сумка, набитая тем, что выглядело как обычные лекарские принадлежности, бутылочки с чем-то вроде зелий и настоек. – Ошейник похож на те, что используют южные дикари изумрудники. Твоим способностями не нанесено непоправимого вреда. Ворон не так беспечен со своими пленниками.
Наймира испытала мгновенное облегчение. У них была магесса, целительница. С этими людьми, вероятно, можно договориться, бандиты они или нет. Они, наверное, просто хотят денег…
– Меня зовут Наймира из дома Лакшар. Я дочь магистра империи Эстер, – сказала она, обращаясь только к магессе. – Скажи своему лидеру, что мой отец заплатит за меня хороший выкуп.
Её отец также будет напоминать об этом Наймире примерно до конца её жизни, но прямо сейчас это казалось ценой, которую она готова была заплатить.
Эльф смотрит на неё довольно мрачным и сердитым взглядом, учитывая, что Наймира только что пообещала им уйму денег.
– Выкупить тебя? Чтобы в банде случился бунт?
– Я не помню такой суеты, когда я присоединилась, – фыркнула Айма с лёгким раздражением. Она была стройна, крепка и по-своему красива – мягкие золотистые волосы северянки были собраны на затылке. Если б не излишне обветренная кожа… Наймира мысленно оценила перспективу того, что могли сделать с такой девушкой, когда она попала в плен, и у неё по спине пробежал холодок.